Другая сторона. Том-15. Беглец

[ Среда: Крайне враждебная / Полная слепота]

Подавление скакнуло сразу на несколько пунктов вверх и достигло крайне враждебной среды. Выше были лишь запредельная среда и разные степени «смертельности», то есть такие обстоятельства, в которых уже невозможно было выжить, не напрягаясь изо всех сил.

Причем даже ему и недолго!

Видимо, другие адепты не умирали, попав сюда, только благодаря кокону. Оказывается, он еще и защищал, а не только сковывал… Что интересно, интерфейс не показывал никакого «воздействия». То есть Квазар не видит сейчас Алекса и, соответственно, не может направить энергию воплощения в Сосуд, если тот будет убивать монстров.

— Хм… в интересное место мы попали. Мирам, ты там еще никого не нашла?

— Пока нет. Работаю, — глухо ответила спутница — обычно такой голос означал крайнюю степень загруженности.

— Понял. Но мне срочно нужны результаты.

— Прогуляйся пока по округе. Так я соберу больше данных.

— Так бы сразу и сказала, — обрадовался он и полетел куда-то наверх…

По пути ему попадались адепты в коконах, но он их игнорировал.

Странное ощущение дежавю не покидало его. Он определенно бывал в похожем месте. Но где и когда?

Непонятно.

Монстры не беспокоили Алекса. Их тут вообще не было. Ни курьеров, ни охранников. Впрочем, с охранниками как раз все было понятно — в такой среде ни один разумный долго не протянет. Только Свидетель с двадцатью вратами. Ну, или может, адепты высоких стадий, которых в Квазаре просто не было.

Так или иначе, даже для Алекса нагрузка была чрезмерной. Сейчас ему было сложнее, чем внутри кракена. И это с поправкой на текущий уровень и все защитные навыки!

Где же он, черт возьми?

Путешествие продолжалось довольно долго. Аж двадцать минут! За это время Алекс проплыл не один десяток километров по странному морю. Разогнаться быстрее не получалось, так как движение гасилось окружающей средой.

К сожалению, Мирам так ничего и не нашла. Она только фиксировала всплески колебаний в произвольных точках и все.

Что Мирам обнаружила, так это далекую границу наверху.

— Там поверхность. Что за ней, я не вижу, — пояснила она.

— Летим туда, — решил Алекс. — Все равно больше некуда.

Еще через пять минут он оказался на границе океана Бесформенности. А потом одним движением вынырнул наружу. И замер над гладью, уходящей во все стороны.