Дружка (одноклассница)

Она не осталась в долгу, назвала родича колобком и с удовольствием высмеяла его черный костюм с бабочкой.

А Денис оглядывался, не мог понять, где же Наташа. Ему было тревожно, хотелось ее увидеть. За последний час он многое передумал, вернее, пытался что-то осмыслить, но какой там! В голове все время вертелись мгновения, когда они оказывались рядом, и мир плыл, а они оставались. Почему отошли на второй план все обиды, он вообще не мог вспомнить, за что злился на Наташу. Безумно хотелось вернуться в утро, когда она была в его руках.

Но ее почему-то не было, Денис начал волноваться.

* * *Затянуть шнуровку на корсете помогла Ника, с остальным Наташа справилась сама. И сразу отослала ребенка обратно в гостиную. Ей хотелось побыть одной. Потому что…

Принять решение было непросто. То, что собралась сделать сейчас, перечеркнет многое. Двенадцать лет жизни. Хорошей, плохой, не важно. Она успела привыкнуть, теперь что-то менять… Но душа отчаянно требовала поменять.

Но сомнения…

Она посмотрела долгим взглядом в глаза своему отражению и сняла линзы.

И сразу зажмурилась. От страха, наверное."

"Но потом пришло изнутри ощущение холодной уверенности. Будь что будет, оно будет завтра, а сегодня ее право принимать решение. Подправила макияж, взглянула на себя снова, тревожно оценивая свой внешний вид. Потом глубоко вдохнула и вышла из комнаты.

* * *Когда дверь начала открываться, Денис невольно тут же уставился, он давно с нетерпением ждал только Наташу.

В первый момент Денису показалось, что он ослеп и видит негатив. Потом зрение как-то прояснилось, он понял причину. Перед ним стояла Наташа в платье невесты, только платье было черное. Широченная воздушная юбка, черный корсет, делающий ее талию фантастически тонкой, голые руки и плечи, чуть прикрытые короткой, откинутой назад, вуалью.

Черный Лебедь из сказки.

Но когда осознал, что же именно его взволновало, сердце понеслось вскачь. Глаза у Черного Лебедя были голубые. Сдержала слово.

Не слыша ни восхищенных воплей, ни движения окружавших его людей, он смотрел, не отрываясь, в ее глаза. Понимая, что теперь не отступится от этой женщины.