Дрянная девчонка в Академии

Для тех, кто не в курсе, а именно для меня, магистр пояснил, что нечисть эта еще во времена Шаяны Шагрисской считалась редкой и исчезающей, теперь и вовсе числится вымершей.

Больше об этом стальфе ничего не известно.

Собственно, поэтому его тут же попытались у меня изъять для подробного изучения с последующим написанием какого-то умного трактата. Но мы с Монстриком были против. Сначала он посмотрел на меня жалобно, а я почувствовала себя почти предательницей… потом мы дружно начали сопротивляться: он рычал и демонстрировал зубы, а я угрожала взорвать тут все к Шаяне, да так, что уже не отстроят.

Жажда новых знаний в старом некроманте была сильна, но свести личное знакомство со знаменитой магиней он почему-то не захотел. А оценив мой потенциал, сделал вывод, что это возможно. Потому что некромантия, подкрепленная магией света, — это страшная сила, а я это все еще и контролировать толком не умею. Когда злюсь или боюсь — не умею вообще.

Во избежание непоправимого, меня решили не трогать и стальфа позволили оставить.

На том нас и отпустили.

Само собой, получив такое задание, я возвращалась в Академию совсем не в радужном настроении.

— Мили, не грусти, — Трин пытался меня подбодрить словесно.

— Лучше бы меня заставили кого-нибудь откапывать, — простонала я, вышагивая по направлению к дороге.

Стальф в качестве моральной поддержки тыкался носом в ногу и гневно сопел в адрес противного преподавателя. Быть изученным ему, похоже, не хотелось.

До дороги осталось всего ничего, когда меня окликнул знакомый голос:

— Милиан?

Остановилась. Развернулась к позвавшему меня парню лицом.

Им оказался Бранд, и сейчас на виду у своих одногруппников он уверенно шел ко мне и обворожительно улыбался. Удивление и радость от встречи были искренними, но я распознала не только их.

А у меня просто не было настроения показывать характер.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Бранд, поравнявшись с нами.

— У меня некромантия — профильный предмет, — объяснила устало.

— Шутишь?!

— А что, похоже?

— Ты невероятная девушка, Мили! — прозвучало искренне, и зеленые глаза заблестели. — Совершенно непредсказуемая и очень красивая.