Дрянная девчонка в Академии

Мои руки вцепились в его плечи, а тело то мучительно выгибалось в умелых пальцах, то прижималось, стремясь стать еще ближе.

Вспышка страсти продлилась долго. Пока губы не стали болеть от бесконечных поцелуев. Мы чуть не свалились со скамейки, с трудом оторвались друг от друга, обменялись смешками. Потом я отчаянно краснела, а Крег искал на полу свалившуюся куртку.

— Врушка, — он ласково поправил мне косу и снова набросил на плечи куртку.

— А вот и нет! — пропыхтела я. — И вообще, хватит меня уже оскорблять!

— И в мыслях не было, — он обнял меня, вынуждая щекой прижаться к его плечу.

Просто я сама пока не знаю, какая я на самом деле. И какой хочу быть. Вернее, стать. Но говорить этого вслух не стала. Вообще ничего не ответила.

Кругом растеклась глубокая ночь, с минуты на минуту он повезет меня назад в Академию Шаяны, так что если я все еще хочу закончить с серьезными разговорами, сделать это лучше сейчас.

— Когда ты узнал, что ваши с Леттой родители и моя мама погибли вместе? — и, чуть отстранившись, я заглянула в красивое лицо.

Темнота его скрывала достаточно, чтобы нельзя было разглядеть ни единой эмоции. Но кривую усмешку я все-таки заметила.

— Должен был сразу понять, но от любви глупеют, — хмыкнул Крег. — Так что сам сообразил только после того, как на тебя покушались в последний раз. Летта еще не знает.

Странно, она вроде сообразительная. Хотя о болезненных вещах многие стараются просто не думать, заталкивают их в дальний уголок души, и там они гниют.

Стоп, он сказал что-то о любви?! Это же не серьезно, да?

— Еще вопросы? — распугал всполошившиеся мысли насмешливый голос.

— Как думаешь, это может быть связано с тем, что меня хотят убить? — ну вот, я произнесла этот бред вслух. Самой стыдно, честное слово. С другой стороны, неспроста же нас троих свела жизнь. В общем, я набралась храбрости и продолжила: — Знаю, это не твое дело, но я уже всю голову сломала, маги никого даже не подозревают толком, и… мне страшно.

Слов должно было хватить еще минут на пять, но Крег прижал палец к моим губам. Пришлось умолкнуть.

— Это мое дело, — решительно заявил он. — Но пока я тоже не знаю, с какой стороны подступиться ко всей этой истории, так что будь осторожна, ладно?

Кивнула. Я же себе не враг.

Глупо, но… мне стало намного легче.

— И последнее, — это было не слишком важно, но раз представилась возможность спросить, надо ею пользоваться.