Драмы больше нет

Всё купили, что хотели?

– Осталось только в детский магазин зайти. Для Лёвы купить подарки.

Федотов кинул на меня взгляд.

– Всё-таки у моего брата с самомнением всё в порядке, Льва себе родил.

Я встретила его взгляд и промолчала.

– Неплохо бы тебе приехать, посмотреть на племянника. Только после рождения и видел, – открыто намекнула Любовь Антоновна.

Тот легко отозвался.

– Приедем, мам. – И переспросил, когда мы ненадолго остались одни: – Как думаешь? Съездим?

– К Илье?

Федотов кивнул. А я вздохнула.

– Благодаря тебе, Рома, твой брат не горит желанием меня видеть. Тем более, играть со мной в родственные отношения.

– Не говори ерунды, Насть. Всё это было сто лет назад.

– Это твой единственный племянник. Думаю, тебе стоит видеть его почаще. Почему бы тебе не поехать завтра с родителями в Питер? Думаю, все будут рады.

– Уехать в Питер и оставить тебя здесь одну?

– Я не одна, – удивилась я. – Я с родственниками. А все твои родственники завтра будут в Петербурге. Это отличная возможность побыть подольше с родителями.

– Вы это обсуждаете целый день? Как мама обо мне, непутевом, переживает?

– Можно сказать и так.

– Замечательно.

Я на Федотова глянула."

"– Вместо того, чтобы делать такое лицо, лучше бы порадовался, что за тебя переживают. Что ты ещё не всех из своей жизни разогнал.

– Я никого не гоню. Кто хочет, уходит сам.

Я покивала вслед его высокопарным словам.

– Понятно. А ты, значит, не при чем.

– Я такой, какой есть.

Мои губы тронула улыбка. Когда Федотов начинал разговаривать со мной упрямыми, избитыми фразами, мне каждый раз хотелось огреть его чем-нибудь тяжелым.

– Мы все, такие, какие есть, Рома. Весь вопрос в том, насколько мы хотим, чтобы рядом с нами был кто-то, ради кого можно хотя бы постараться быть немного лучше. А если ты не хочешь стараться, значит, не любишь. Значит, тебе никто не нужен. И ты, в итоге, останешься один. Зато таким, какой ты есть. Что ж, надеюсь, это станет достаточным поводом, чтобы гордиться собой.

Мы с ним замолчали, молчание было напряжённым, и когда Любовь Антоновна вернулась к столу, сразу уловила напряжение. Присела, посмотрела на нас с Ромой по очереди. Поинтересовалась:

– Что обсуждали?

Федотов хотел что-то ответить матери, но я его опередила.

– Предвыборную компанию. Рома с нетерпением ждёт выборов.