Драконья академия. Ненавижу тебя, ректор!

— Ну же! — подруга подпрыгивала от нетерпения, а когда я села, повисла на мне и выдохнула в ухо: — Четыре тысячи!

— Что четыре тысячи?..

— Золотых!

Я похлопала глазами, а когда до меня дошло, чуть со стула не упала.

— Ого!.. А это. много?

— Ну-у-у, — Алия покрутила в руках вилку, силясь сдержать улыбку, и специально растягивая ожидание. — Скажем так, хватит на неплохой домик на окраине.

Я не верила своим ушам. Она же меня не обманывает, правда? У меня есть деньги? У меня есть деньги! О, Вселенная, спасибо, спасибо, что я все подряд ношу в карманах!

Об одном только жалею, что не запихала туда еще чего-нибудь.

В прекрасном расположении духа мы наспех пообедали, и помчались в комнату. Там, под кроватью лежали четыре темно-синих бархатных мешочка. Все еще боясь, что я моргну и проснусь, я во все глаза рассматривала золотые монеты. Я перебирала их в руках, грела ладонями, прижимала к лицу и вдыхала запах. Они ничем не пахли, совсем, но все равно я чувствовала запах полной свободы. Я не останусь бомжом после окончания академии.

Алия с опаской наблюдала за моими действиями. Я смеялась от счастья и обнимала мешочки.

— Все в порядке? — эльфийка тихонько тронула меня за плечо.

— В полном. Спасибо тебе большое. Ты не представляешь, как сильно ты мне помогла, — я улыбнулась и кинулась обнимать подругу.

Отсчитала пятьдесят монет и протянула их Алии, на что та только качнула головой.

— Не нужно, что ты.

А потом меня как обухом по голове ударило.

Чертово наказание! Мне же нельзя выходить! Настроение мигом испортилось.

— Попробуй отпроситься у профессора Ранмаира. Он же должен понимать, что тебе необходимо в город. Только, если спросит, откуда деньги, скажи, что я тебе дала. Не упоминай коллекционера. Если выяснится, что ты что-то продала, с тебя потребуют налог, а он довольно высокий. Треть денег придется отдать.

Я быстро закивала. Налог? Чертовы налоги и в этом мире кошмар человечества.

Следующая неделя прошла на удивление спокойно. Эми-Гейн меня больше не тревожила, но я все равно чувствовала, как над нами сгущаются тучи. Ее взгляд становился все злее, а выражение лица надменнее.

Обучение шло точно так же: до обеда читали, разыскивая нужную информацию, после обеда - я шла к себе, ректор же куда-то уходил. С каждым днем он становился все мрачнее и задумчивее, последние два дня мы не обмолвились и парой слов.