Драфт

– Фу, О’Донован, это мерзко, – морщусь я, а затем вслед за Ридом покидаю раздевалку.

– Хреново выглядишь, – произносит он, когда мы оказываемся на льду.

– Тяжелые дни, – просто бросаю я.

Я только что провел в зале изнурительную тренировку, и сейчас нельзя снова возвращаться к тем мыслям, которые беспокоили меня все утро.

Пролетаю мимо Рида на коньках, пытаясь набрать бешеную скорость. Лед – единственное, что всегда помогает мне почувствовать себя именно там, где я должен быть. Запах ледовой арены, шум скользящих по льду коньков, учащенное сердцебиение и дикая нехватка воздуха в легких – все это заставляет меня жить.

– Эй, Уильямс, тебя что, в жопу пчела ужалила? – кричит мне тренер, появившийся на льду. – Остынь!

Он дает свисток, и вся команда направляется к нему. Я сбрасываю скорость, пытаясь нормализовать дыхание и утихомирить пульс, бушующий в висках, а затем подъезжаю к скамейке запасных.

Следующие полтора часа я раскидываю по льду товарищей по команде и летаю по арене, как Базз Лайтер.

К концу тренировки я выжат как лимон. Все тело ноет, и я едва нахожу в себе силы добраться до раздевалки. В дверях меня тормозит Рид и взволнованно на меня смотрит.

– Какого хрена происходит? – сразу переходит к делу он.

Я шумно выдыхаю и отвожу взгляд.

– Если бы тебя сейчас увидел Тиджей, то он бы тут же поделился с тобой запасами фенилэфрина, – добавляет друг.

Усмехаюсь. Но Рид не шутит. И, я уверен, он от меня не отстанет.

– Поговорим вечером, – на выдохе произношу я.

Рид пристально смотрит на меня и кивает, затем поворачивается и заходит в раздевалку. Следую за ним и, скинув вещи, направляюсь в душ, мечтая о том, что горячая вода хоть немного снимет спазмы в теле. И мышцам уже через пару минут и вправду становится легче, в то время как голове – все хуже, ведь ее снова начинают заполнять тревожные мысли о Хлое.

Твою ж мать.

– Так, значит, она просто взяла и ушла? Даже не попрощалась? – нахмурив брови, в очередной раз спрашивает Эбби.

Я в очередной раз киваю.

– Это… странно.

Откидываюсь головой назад на подушку и прикрыв веки, шумно втягиваю воздух. Прошли уже почти сутки с ее ухода, а я все не могу выбросить произошедшее из мыслей.

– Ты звонил отцу?

Распахиваю глаза и поворачиваюсь к Эбби. Она сидит в кресле, поджав ноги под себя. Ее длинные светлые волосы убраны в небрежный низкий пучок. На ней, как обычно, футболка Рида. В ее руках ее любимый пряный раф.