Доверься мне

Повернувшись к нему спиной, я наклоняюсь к полу, задерживаясь там на достаточно долгое мгновение, чтобы услышать то, что я хочу услышать.

Пинг… пинг… пинг… пинг.

— Черт!

Адам сбивает со стола шарик для пинг-понга.

— Беккет, ты издеваешься? Ты отвлекся на задницу!

Он протирает лицо руками, а затем указывает на меня.

— На потрясающую задницу!

Укатившийся от Картера мячик катится к моим ногам, и его я поднимаю.

— Есть!

Адам со стоном ударяется лбом о стену, а Картер хмурится с самым сексуальным выражением лица, которое я когда-либо видела.

Эммет хлопает меня по руке, завывая от смеха, а Гарретт хватает меня за лицо и смачно чмокает в лоб. Он выпивает свой шот, а затем растирает мои плечи, подсказывая мне на ухо дальнейшую стратегию.

— Не торопись. Сделай глубокий вдох. Не спеши с броском. Мы близки к победе. Любой стакан, Лив, любой стакан.

Он отходит, и Кара бросается к нам, шлепая меня по заднице.

— Давай, детка!

Я смотрю на стакан, в который хочу попасть, и занимаю позицию.

— О, Картер? — зову я, и его рот искривляется, когда он наблюдает за мной. — В университете я выиграла сто восемь игр, — я бросаю мяч, самодовольная ухмылка расцветает на моем лице, когда я слышу, как он опускается в стакан, и толпа вокруг нас взрывается аплодисментами.

Адам опускается на пол, Картер хватается за край стола и раздраженно рычит, опускает голову, а Гарретт кружит меня в своих объятиях.

Пьяная я понимаю, что чувствую к Картеру, гораздо больше, чем просто сексуальное влечение, и не знаю, что с этим делать.

Не знаю, кто из них победит, но моя смелая сторона закидывает две руки на его шею и говорит: — Каково это, проиграть, большой парень?

Что-то опасное и первобытное вспыхивает в его глазах, его ладонь скользит по моей ключице, а пальцы нежно обхватывают мое горло.

— Поверь мне. Тут я точно не проиграл.

ГЛАВА 11

ФИНАЛЬНЫЙ ОТСЧЕТ

— Тебе надрала задницу.

— Девчонка.

— Маленькая девчонка.

— Три раза подряд.

— Каково это, Картер?"

"Я тычу рукой в лицо. Не уверен, в чье, потому что в последние тридцать секунд передо мной оказались лица всех друзей. Сразу после того, как задница Оливии исчезла за дверью ванной.

— Заткнись. Нет, никто мне не надрал задницу. Я чувствую себя прекрасно.