Доверься мне

Оливия что-то бормочет, что я не могу разобрать, но Боже, задница и сексуальность определенно часть этого. Хотелось бы заполучить и то, и другое.

— Просто забей. Я отнесу напитки за столик, — она беспомощно вскидывает руки вверх, словно закончив общение со мной.

Но я-то не собираюсь оставлять эту женщину в покое. Вот почему я отстаю от нее всего на шаг, когда она идет обратно к столику.

— Ты назвала меня бабником? — спрашиваю я, оказываясь рядом с ней, ссылаясь на конец ее разговора с Карой.

— Я бы никогда тебя так не назвала, — настаивает она, выхватывая пиво у меня из рук.

— Да, — Кара с улыбкой принимает свой напиток. — Она назвала тебя Мистером Бабником.

Оливия прячет свою виноватую улыбку за своим бокалом.

— На самом деле все еще непристойнее.

Я легонько щипаю ее за локоть.

— Ты маленькая вредина, не так ли?

— Это я то? Ты буквально никогда не отстаешь.

— Я как щеночек, — говорю я ей.

— Раздражаешь, необучаем и требуешь много внимания?

Я наклоняюсь к ней, понижая голос.

— Невероятно милый и люблю внимание.

Еще одно хихиканье, искреннее, милое и легкое, заставляет меня улыбнуться.

— Это вторая, — замечаю я.

— Что вторая?

— Вторая улыбка, которую я получил от тебя сегодня вечером.

Она удивленно поднимает брови, когда она делает глоток.

— М-м-м. Мы ведем счет?

— Ведем. Я нацелился на десять.

— Ну, удачи, приятель. Это был последний.

— Посмотрим, — бормочу я, глядя на Эмметта. Его глаза загораются, когда он подходит к нам и видит Оливию.

— Олли! — он подхватывает ее, выдергивая прямо из-за стола, и обнимает, чему я завидую, потому что сам бы хотел так сделать.

От близости ее руки меня накрывает страстным желанием, которое переходит к моему члену, и мне требуется все самообладание, чтобы аккуратно помочь ей восстановить равновесие, положив руку ей на поясницу вместо того, чтобы предложить пойти и выпустить это напряжение, которое вибрирует между нами уже неделю, занявшись сексом.

— Олли? — спрашиваю я и наблюдаю за тем, как она краснеет, когда Кара начинает пересчитывать ее прозвища на пальцах.

— Да, знаешь, Лив, Ливви, Ол, Олли, Олли Уолли. И, конечно, мое любимое, — она откидывает голову и стонет. — О, мисс Паркер-р-р.

Миниатюрная женщина рядом со мной краснеет, когда прячет лицо за руками.

Я провожу большим пальцем по нижней губе, наблюдая за ней.