Доверься мне

После окончания его дневной игры Аланна спрыгивает с плеч Кары и бросается к нему, как только он выходит из раздевалки. На ее лице был нарисован, теперь уже размазан, его номер, и сразу через несколько часов после этого пресса решила: у меня уже есть дети, и Картер берет на себя роль отчима.

Картер подхватывает Аланну на руки, его вопросительный взгляд скользит по мне, затем возвращается к репортерам. Я пожимаю плечами. Джереми будет рад, если Аланну покажут по телевизору.

— А это кто, Картер? — спрашивает один из репортеров.

— Это моя подруга Аланна.

— Я тоже играю в хоккей, знаете ли, — говорит она им. — Это не только мальчишеский спорт. И я действительно хороша. Я быстрая. Супербыстрая. Мама говорит, что я как молния.

Все взгляды скользят в мою сторону, пока кто-то не спрашивает: — Это правда? А за какую команду ты играешь?

Аланна гордо улыбается, откидывая плечи назад.

— Я играю за «Лавину». Мы — синяя команда. И я центровая, как Картер.

— Точно! И тебе весело проводить время с Картером?

Она кивает головой.

— Прошлой ночью мы с Джемми ночевали у Картера. У нас была пицца и пирожные «Орео», потому что мы с Картером оба любим «Орео», и мы смотрели мультики, а потом Картер уложил меня в кровать, а сегодня утром я показала ему, как переодеть вонючую задницу моего братика, а потом мы позанимались в спортзале, и он взял меня кататься на коньках, — она глубоко вдыхает и выдыхает. — Картер — самый лучший на свете.

О, мой брат разозлится на последнее.

— Правда? — репортер не может сдержать своего удивления.

Я сопротивляюсь непреодолимому желанию закатить глаза. Они ходят вокруг да около, пытаясь выяснить: являюсь ли я матерью-одиночкой с двумя детьми.

Аланна все равно не дает ей шанса закончить вопрос. Она обнимает Картера за шею и прижимается щекой к его щеке.

— Я надеюсь, что они поженятся, и я буду девочкой с цветами, и у них будет много-много детей.

Вот дерьмо.

ГЛАВА 42

СТАНЬ МАМОЙ ДЛЯ МОЕЙ СОБАКИ

— Чем могу помочь, угрюмый ворчун?

Картер скрещивает руки на груди, хмуро поглядывая на меня с другого конца комнаты. Он расслабляется на своем крутом массажном кресле. Вообще, он выглядит довольно угрюмым, отсюда и прозвище.

— Я не угрюмый ворчун.

— Ты ведешь себя как угрюмый ворчун.

— Неудивительно, что я ворчу! — он взмахивает рукой. — Каждый раз, когда мы здесь, ты бросаешь меня ради этих двоих.