Доверься мне

 — Завтрашняя утренняя тренировка только в одиннадцать.

— Так…

— Я улетаю в четыре тридцать."

"— В четыре тридцать? — я толкаю его в грудь, заставляя его лечь на спину, стягивая с себя платье. — Значит, сегодня мы должны лечь спать пораньше.

— Посплю в самолете, — рычит он, стягивая колготки с моих бедер.

Я смахиваю коробку конфет с его промежности, останавливаясь на подарке внизу. Потому что это и есть подарок. Нет, буквально. Картер повязал красную ленточку вокруг своего члена. Я поднимаю бровь, проводя по шелку, наблюдая, как подпрыгивает он дергается.

Он по-дьявольски ухмыляется.

— Ты можешь развернуть его, но только после того, как наденешь свой наряд.

— Наряд?

Он кивает в сторону моего шкафа, где на дверце висит красивое изделие из малинового кружева и шелка.

— О, Картер, — я слезаю с кровати и трогаю пальцами кружево, нежные шелковые переплетения, которые, кажется, едва держатся вместе. — Это потрясающе. Мне нравится.

— Я знал, что тебе понравится. Вот почему я купил два.

— Два?

— Ага, — его зеленые глаза сверкают, он понижает голос.

Бесполезно пытаться подавить огонь возбуждения, что разгорается во мне от его слов. Я позволю ему разорвать наряд и меня, как он всегда это делает, а потом буду наслаждаться каждой секундой того, как он собирает меня обратно.

Я иду к шкафу, чтобы переодеться, хотя бы чтобы просто его позлить.

— Знаешь, когда ты сказал про наряд, я слегка ужаснулась, что это может быть футболка «Я ЛЮБЛЮ СВОЮ ДЕВУШКУ», в которой ты вчера был.

Раскатистый смех Картера пронзает воздух, пока я завязываю маленькие бантики на каждом из бедер.

— Нет, это на потом.

Мои пальцы останавливаются.

— На потом?

— Да, я купил тебе парную. Мы наденем их позже на ужин. Они сейчас в твоей сушилке.

— Картер!

— Оливия. Тащи сюда свою сладкую задницу, пока я не пришел за тобой.

— Ты должен понимать, что это не угроза.

Из его груди вырывается рычание, и я, наконец, привожу свою задницу в порядок, зарывая свое беспокойство в нижнее белье, которое я никогда раньше ни для кого не надевала, и надеюсь, что выгляжу не такой же встревоженной, какой себя чувствую.

Я выхожу из гардеробной, Картер сидит на краю кровати, и его челюсть отвисает, когда его пылающий взгляд устремляется на меня.

— Святые. Блять. Угодники, — он крутит указательным пальцем воздухе, и ошеломленно вдыхает. — Мне нужно, чтобы ты покрутилась, на 360 градусов, основательно и не торопясь.