Дорогая, я не изменю(сь)

Как говорил покойный Петрович: людЯм доверяй, но все нажитое на семью оформляй, – хохотнул он. – Вот и отписал все свое наследство единственной дочке.

В сумке снова пропиликал телефон. Достав его, взглянула на имя, светившееся на экране, и закатила глаза.

«Оксана Морозова».

Вот только тебя мне сейчас и не хватало.

«Стрельникова, ты обещала долг сегодня отдать. Когда заедешь?»

Я нервно побарабанила пальцами по подлокотнику.

«Сто тысяч… Капец! Где я ей достану сегодня такие деньги? Вот где?»

И приспичило же мне в конце декабря смотаться на ГОА.

Я посмотрела на Макарова, вспомнила его слова о Полине.

«Единственная дочка, значит?.. – прищурилась я. – А если… с этой единственной дочкой что-то случится, то…»

Я быстренько достала мобильник, зашла в интернет, нашла нужную информацию.

«Права супруга при наследовании статья 1150».

Пока Дима усердно искал дом на сайте недвижимости, я быстро пробежалась взглядом по строкам.

«Получается, Герман будет наследником первой очереди и ему достанется не половина нажитого имущества, как я предполагала раньше, а все! Абсолютно все! А это, на минуточку, уже совсем другой разговор».

Мы подъехали к работе. Только вышла из машины, как у моего лица появился экран.

– Вот, смотри! – Макаров увеличил фото с небольшим деревянным домиком. – Тут и мангал есть, можем шашлычок замутить. И ценник норм, кстати! Всего двадцать пять за сутки.

Краем глаза заметила, как к крыльцу подходят Герман с Полиной.

– О, Любань, вот еще один нашел. Подороже правда, но тут…

– Ага, вижу-вижу, Дим. Поищи еще ладно? – Я отмахнулась от него и попыталась отследить настроение Полины.

Улыбается, держит Геру под руку. Значит, браслет еще не обнаружила… Так-так…

Я улыбнулась ей, отпила из бутылки воды.

– Привет, голубчики! – подмигнула Полина, хитро посмотрев на нас с Макаровым.

Она подняла руку, поправила волосы. В этот момент я сделала еще один глоток, случайно взглянула на ее запястье и… вода едва не полилась прямо из носа.

Я закашляла на всю улицу, глаза заслезились, с трудом сделала хриплый вдох.

– Ну-ну, Люб, дыши! – похлопала по спине Полина.

«Дышать? Серьезно? Да у тебя ж мой браслет!» – закипела я, кашляя на всю улицу.

Герман, входя в здание, наградил меня гневным взглядом.