Дорогая, я не изменю(сь)

– Кстати, ты еще не говорил Макарову, что его девушка перейдет в отдел бухгалтерии?

– Ну, сегодня было как-то не до этого, – усмехнулся муж. – Весь день – сплошной праздник.

– И то верно, – хохотнула я. – Вале я уже позвонила, и ты знаешь, она сходу откликнулась на мое предложение. Вот только сможет выйти не раньше чем через три недели, так как ее ребенок еще только привыкает к садику.

– Ну вот… – недовольно вздохнул Гера, и вставил ключ в замочную скважину. – И начнутся у этой твоей Вали бесконечные больничные.

– За это не стоит переживать. Людмила Павловна на пенсии, так что все больничные и посиделки с внуком возьмет на себя. Люба пусть пока хоть что-нибудь поделает эти три недели, а как только Валя выйдет, отправится в бухгалтерию.

* * *Все готово: еда из ресторана разложена по тарелкам и украшена зеленью, играет легкая романтическая музыка, горят свечи и… мой вечерний образ тоже полностью завершен. Осталась только вишенка сверху.

Я воткнула в пучок заколку в виде бутона розы, покрутилась перед зеркалом, подмигнула своему отражению и, звонко цокая каблуками, вышла из спальни.

Герман сидит в центре стола такой красивый! На нем белая рубашка, темно-синий галстук, волосы уложены гелем.

– Ты прямо джентльмен, не иначе! – смущенно улыбнулась я и села напротив мужа.

В бокалы полилось вино, по моим венам разлилось тепло от предвкушения подарка и благодарности за него, которую получит этой ночью муж.

Герман встал, поднял бокал. Я выпрямилась, глядя на него снизу вверх.

– Милая, сегодня в нашей семье замечательный праздник – твой день рождения! – взволнованно сказал он. – В общем, ты знаешь, как я не люблю все эти длинные речи, так что давай сразу к делу.

Гера расправил плечи, уверенно прочистил горло.

– Я долго думал, что тебе подарить, и… Минутку!

Он сбегал в прихожую и вернулся с коробочкой, перевязанной белым бантом.

– Надеюсь, тебе понравится, – с улыбкой сказал он и вручил подарок.

Под треск свечей и нашу любимую песню Стинга Shape of my heart я беспокойными пальцами развязала бант, открыла коробочку и…

И все вокруг накрыло густым туманом. Накрытый стол, свечи, Герман – исчезло абсолютно все.

Остался только билет на концерт в филармонию, лежавший на дне коробки, и сумасшедший стук моего сердца.

Глава 15.