Доминика из Долины оборотней

– У тебя даже штор на кухне нет… и посуда… ну, она…

– Мне не нужны были шторы, а посуда… Эбби, я не помню, какая у меня посуда, какая-то есть, мне достаточно, но ты можешь купить нам любую посуду, которую посчитаешь нужным. Если её нет в Грейт-Фолсе, можно заказать… Шторы, постельное бельё, Эбби, я не слишком разбираюсь во всём этом, ты можешь даже выбрать нам новый дом, в любой части света, или я могу построить в Долине.

– О, нет, у тебя хороший дом, такой просторный!

– У нас, – он ещё раз поправил, не удержавшись и поцеловав Эбби, стоя посредине улицы, не встречая сопротивления.

– Раз ты богат, Ричард, то мне срочно нужен большой хозяйственный магазин.

– Отлично, – он улыбнулся задору в её зелёных глазах и, взяв за руку, повёл по тротуару, инстинктивно следя, чтобы никто не задел, даже случайно, Эбби, борясь с желанием взять её на руки.

Она долго перечисляла, что именно ей надо купить, он устал удивляться незнакомым словам, в конце концов, если мелочь вроде сетки на сковороду делала Эбби счастливой, стоило ли это уточнений?.. Каждое её «наш дом» или «наша кухня», или «в нашей спальне» посылало приятную дрожь по телу, потому что он отчётливо чувствовал, что «дом» – теперь не пустой звук, не стены, где он проводил минимум времени, а «наш» – навсегда, навечно.

Наконец, устав от перемещений по магазинам, они спокойно поели в ресторане, где Эбби, не стесняясь, наслаждалась едой, Ричард увидел, что её взгляд несколько раз остановился на вывеске напротив, при этом она старательно отводила глаза и делала вид, что вовсе не смотрит на светящуюся вывеску.

– Эбби, котёнок, мне нужно сходить по делам, может быть, чтобы ты не скучала, зайдёшь? – он показал глазами на вывеску.

– Уффф…

– Я вижу, как ты косишься на вывеску, я думаю, ты удивительно красива, но если тебе хочется, значит, и мне этого хочется.

– Понимаешь, – она посмотрела в глаза Ричарду, – я никогда там не была, мне всегда было интересно, не то чтобы была необходимость, нет, но интересно. Но моего заработка едва хватало на жильё и еду…

– Идём, – он подвёл её к дверям. – Пообещай мне, что ты не позволишь сделать себе больно, – Ричард, казалось, заметно вздрогнул.