Доминика из Долины оборотней

– Ох, извини, пожалуйста, – Ричард быстро посмотрел на себя и только сейчас сообразил, что он был с голым торсом. Машинально снимая футболку, которая была на нём вчера, он не озаботился тем, чтобы надеть другую.

– Мне нравится, – сказала Эбби тихо, но Ричард услышал её и довольно улыбнулся.

Когда с завтраком было покончено, и Ричард, под немного удивлённым взглядом Эбби, сам вымыл посуду, повисла тишина.

– Нам надо слетать в Грейс-Фолс за одеждой для тебя, – прервал эту тишину Ричард.

– Но?.. – Эбби выглядела не совсем уверенной.

– Эбби, тебе нужна одежда... хотя бы основной минимум… платье или футболки, и… – глаза Ричарда пробежались по изящной фигурке женщины рядом.

– Хорошо, – она улыбнулась.

– Просто «хорошо»?

– Да, просто «хорошо», если ты так считаешь.

– Хорошо, – Ричард стоял рядом и внимательно смотрел на Эбби, он видел больше, чем увидит обыкновенный человеческий взгляд, слышал учащённое сердцебиение и чувствовал, что Эбби ощущает то же самое, что и он.

– Эбби, – нагнулся ближе к её лицу, смотря на приоткрытый ротик, – Эбби, – накрыл своими губами губы девушки и почувствовал ответный поцелуй.

Бережно, максимально бережно, он прижал к себе Эбби, а потом поднял на руки, позволяя ей перебирать свои волосы нежными пальцами. Он уже был готов поддаться своему желанию, тем более, видел такое же в ответ, как вдруг почувствовал, что Эбби отстраняется от него.

– Я… я не могу, – прошептала, прикусывая губу.

– Мы подождём, сколько тебе требуется, – Ричард попытался выровнять голос, и ему это удалось.

Он посмотрел вслед быстро поднимающийся по лестнице Эбби и в то же мгновение оказался рядом.

– Эбби.

– Я не могу, – сказала твёрдо и отвела глаза.

– Почему? Эбби, ведь ты чувствуешь это, чувствуешь то же самое, что и я, не можешь не чувствовать. Это настолько сильное чувство, невероятно сильное.

– Да, но…

– Что? Эбби?

– Я говорила, вы не поймёте, ты не поймёшь меня.

– Я попытаюсь, я пойму, поверь мне… – Ричард поднял на руки девушку и зашёл с ней в спальню, где постель ещё пахла Эбби.

– Мне больше трёх сотен лет... Триста! Стоит к кому-то привязаться, как я вынуждена покинуть его, или сам человек покидает меня… Уже очень давно у меня нет друзей, нет знакомых, нет никого, к кому бы я могла привязаться… никого, – она запнулась, – я устала терять.