Доминика из Долины оборотней

Хорошо, что у Фанни дара нет.

– Она так не считает, но я тоже этому рад. Пусть побудет просто ребёнком, насколько это вообще возможно.

– Как она, кстати? Ещё не проснулась?

– Нет, всё ещё спит, – раздался тихий голос с первого этажа. – Всем доброе утро.

– Привет, Майкл, – так же тихо ответила я. – Ты что, опять полночи любовался, как она спит?

– Нет, только последние два часа, – последовал совершенно серьёзный ответ.

– Я же пошутила! – одними губами сказала я Фрэнку, а он в ответ лишь пожал плечами. Ну, да, половинки – они такие.

И я потихоньку привыкаю, правда. Но иногда всё равно бывает немножко странно.

– Кто приезжает сегодня кроме Рэнди, Гейба и их табора? – спросила я, прикладывая Люка к другой груди.

Да, семейка Рэнди разрасталась, и они с Гейбом решили пропустить несколько его следующих циклов, пока эти дети не вырастут. А на данный момент у них имелось шестеро детей – трое родных и ещё трое от Алекса, тот так и не успокоился и пятнадцать лет назад передал им очередную свою дочь.

В этот раз он внял запрету Гейба и не пытался заявиться в Долину, а вызвал его к месту своего тогдашнего обитания и передал ему новорожденную малютку Холли с рук на руки. И теперь она, вместе с Лили и Джейсоном, родными детьми Гейба и Рэнди, зовёт их мамой и папой, в то время как близняшки теперь считаются сёстрами Гейба, что, впрочем, так и есть на самом деле, а Кевин – братом Рэнди, сходство между ними невероятное, а внешняя разница лет в десять, не больше.

– Ещё Филипп и Люси, эти уже со своим табором.

– Что, со всеми?

– Да. Все тринадцать человек.

– А дома для них готовы?

– Давно готовы. Один для Гейба и Рэнди с младшими, соседний для близнецов и близняшек...

– Стоп! Гейб позволил им жить отдельно?

– Солнышко, я тебя умоляю! Эти коттеджи стоят на расстоянии десяти футов друг от друга, это же, считай, соседняя комната, практически. В один дом они все не поместятся, так не отселять же малышей.

– Да, конечно, просто как-то странно. Как Гейб подобное допустил?

– Как? Да так же, как и всё остальное, с чем он не согласен.

Рэнди сказала – он сделал, без вариантов. А она уверена в своих братьях.

– Ох, мне бы её веру, когда Фанни будет столько же, сколько близняшкам. – Я глазами показала вниз, в сторону первого этажа.

– Я всё слышу, – донеслось оттуда.

– Подслушивать нехорошо, – откликнулся Фрэнк, потом успокоил меня. – У нас есть ещё около двадцати пяти лет до того, как можно будет начинать волноваться. Успеем ещё.