Должница (СИ)

Моя роль уже ясна. Но ты в опасности, Аля. И одному богу известно, какую участь она приготовила для тебя.

- Я тебе не верю.

Руднев безумен. Такого не может быть. Уж за мои пятнадцать лет отец бы точно рассказал мне о таком, или?..

Хочу отодвинуться, уйти и не быть так близко к нему, но хватка Руднева лишь усиливается, а голос становится жестким, почти металлическим. Как в нашу первую ночь.

- Не верь. Просто умей молчать, когда того требует ситуация. Не всегда я смогу быть рядом – мое время заканчивается, Аля.

Помню. О таком, как Руднев, забыть уже не получится.

- Этого мало, чтобы я поверила тебе. Скажи, где же моя сестра сейчас? И где моя мама?

Если это правда, то я хочу знать. Это надежда, благодаря которой я смогу бежать. У меня появилась надежда!

Вот только кажется, что Руднев знает все мои планы наперед. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы я никогда не узнала правду о себе.

- Больше ты ничего не будешь знать. Для тебя так будет лучше, потому что отныне твоя жизнь – это я и наш ребенок.

«…и наш ребенок», - громыхает в голове.

- Ты знаешь, где моя мама? Она жива?! – пытаюсь уцепиться я.

- Знаю. Но ты не получишь желаемую информацию, Аля, - улыбается уголками губ, - отныне ты принадлежишь мне, а не своей семье.

- Ты хочешь привязать меня к себе, да? Чтобы я никуда не делась? Поэтому ты больше ничего мне не скажешь?!

Я распаляюсь, совсем не чувствуя угрозы, исходившей от Руднева. А тем временем его хватка усиливалась.

"- Ложись спать, Аля. Надеюсь, ты освоила урок, и больше никогда не будешь мне лгать.

Руднев отпускает меня. Отпускает, заставляя лечь с ним в одну постель. Вынуждая принимать его объятия, его кокон, из которого впредь будет невозможно сбежать.

- Ты останешься в неведении и никогда не встретишься со своей семьей. Для твоего же блага.

- Так… - губы пересыхают от волнения, - так за что же я расплачиваюсь?!

- За то, что ты встала на моем пути приманкой, отвлекающей приманкой.

Опускаю взгляд, глотая слезы. Он никогда не подарит мне свободу. Даже после своей смерти, которая точно отрежет все пути к моей семье.

Глава 14.

Наступило утро. В комнате я проснулась одна, и это утро я перенесла немного легче, чем вечер, потому что головокружение и тошнота настигали меня почему-то только во второй половине дня.