Долгожданная любовь

Пол терпеть не мог неискренних слез — к этой уловке женщины часто прибегают. Он знал их излюбленные приемы — разыгрывание сцен, демонстрация оскорбленных чувств… Кэтрин, жену его отца, смело можно назвать профессионалом в данной области. Пол давно дал себе слово, что ни за что не позволит ни одной женщине обвести себя вокруг пальца.

Он взглянул в лицо Фэй, которая, заметив это, постаралась изобразить улыбку.

— Еще увидимся.

Она встала и направилась сторону дома. Ее походка была твердой и решительной, платье скрывало очертания фигуры.

— Черт! — в отчаянии громко выругался Пол.

3

Неподалеку от владений Уэстмора располагался пляж. Пол окинул взглядом простиравшуюся перед глазами картину: сколько стройных, привлекательных, загорелых женщин! Одиноких женщин.

Почему же все его мысли крутятся вокруг странной, невзрачной Фэй Баркли?

Закрывшись в своей комнате, Фэй разъяренно выдвигала и задвигала ящики шкафа, разбрасывала вещи по кровати и бесконечно повторяла глубоко ранившие ее слова.

Глыба льда! И у него хватило наглости сказать ей такое! Фэй схватила один из наиболее соблазнительных и откровенных предметов своего туалета и повертела в руках. Да если бы она была безразличной и холодной, разве не осталась бы равнодушной к изысканному белью? К ароматному бренди и к шелковым прохладным простыням? К своим эротическим фантазиям, которые не с кем воплотить в жизнь? Не с кем, потому что мужчина, вдохновлявший ее на эти мечтания и являвшийся постоянным их участником, в реальной жизни был просто недосягаем.

Фэй рухнула на кровать. От бессилия и жгучей обиды по щекам покатились слезы. Как жесток и несправедлив к ней Пол! Впрочем, Фэй отдавала себе отчет, что он видел созданный ею образ — целеустремленную, строгую адвокатессу, готовую к любым лишениям ради достижения намеченной цели.

А может, Пол почувствовал, что за этой маской, холодной и неприглядной, скрывалась другая Фэй, какую практически никто не знал.

Пол Гарднер осудил ее сегодня за то, что она выполняла порученное ей задание по-мужски расчетливо и трезво, за то, что сумела скрыть свои чувства, не выдав ни словом, ни взглядом душевного смятения.