Доля ангелов

Все это должно было стать пропуском на рынок королевства Альдербан, а в идеале — к королевскому столу. Маркетологом я была так себе, но в общих чертах всю суть торговли знала хорошо.

Сейчас я была спокойна за сохранность моего вина и наших жизней, пока не решится вопрос с продажей вина — думать и переживать нет смысла. Настроение у меня было отличное.

Глава 42"

"Ночевать нам пришлось в последней деревне нашей долины. Нас приютили люди, знакомые Карлу. Хоть и въехали мы уже поздно ночью, я успела рассмотреть добротные дома, хорошие заборы, убранные уже поля перед деревнями и за ними.

Отлично, в общем-то все, а если учесть, что никакому королевству платить не надо — знай трудись, да богатей. И везде — в любые времена и на любых землях настает момент этой вот неприятной социализации, перехода к деньгам и необходимости защиты, потому что, если ты не станешь сильным, придет кто-то сильнее тебя. Похоже, не все люди это понимали и жили одним днем.

В доме, где мы остановились, были даже суконные половики, и на кроватях матрацы из шерсти.

Не бедно живут, не бедно, и мясо на столе, и их газированное вино в кувшине. По дороге я видела еще виноградники, что тянулись на взгорьях за деревнями. Они общие здесь, и люди собирают виноград в сезон каждый для себя. Никто и не думал их окультуривать. А я еще планировала успеть до зимы попасть на неделю в свои наделы и хоть какую-то часть привести в порядок — проредить, убрать старые лозы, чтобы освободить «воздух» и землю для молодых ростков.

— А вы в вашей деревне чем живете, Лора? — заговорила со мной за ужином хозяйка дома, поставив на стол запеченного гуся, от вида которого у меня чуть не случился предвкушенческий коллапс — я так давно не ела даже курицу. Блюдо пышело ароматами прошлого — новогодний стол всегда украшали утка или гусь, такой же, как сейчас стоял передо мной — с золотистой корочкой, из-под которой, если ее разрезать, сразу вытекал прозрачный сок. Гусь лежал на большом глиняном блюде. Здесь же был печеный овощ, похожий на морковь, несколько запеченных луковиц.

Большой хлебный каравай тоже был еще теплым.

— А мы в нашей деревне собираемся жить сладостями и вином, уважаемая Тарлина, — в этот момент я достала к столу двухлитровый кувшин и обернутый в бумагу мармелад в виде тонких листьев.

— Вино то и мы делаем, Лора, — она с долей насмешки развернула бумагу и потыкала пальцем в угощение.

— У нас будет другое вино, Тарлина, вы попробуйте наши сладости.