Дольче вита по-русски

Мое замечание произвело впечатление на Володьку, и он углубился в изучение схемы, а я повернулась к электрической плите. Конечно, готовка – это не самое любимое мое занятие, точнее, самое не любимое. Но благодаря тому, кто придумал быструю заморозку и вакуумную упаковку для готовых блюд, я чувствовала себя высококлассным кулинаром. К тому моменту, когда я сервировала стол, Кирьянов сделал свой первый вывод:

– Ну, что тебе сказать – смысл во всех этих кружочках, стрелочках и буквах определенно имеется.

– Гениально!

– И, скорее всего, – все это вертится вокруг железнодорожного вокзала.

– Володя, что именно тебя натолкнуло на эту мысль – номера поездов?

– Нет, вот этот кружок с буквами – ООН. Знаешь, что за ними стоит, точнее, кто?

– Ну, уж во всяком случае, не Организация Объединенных Наций, – сумничала я.

– Конечно же, нет. Я эту аббревиатуру увидел и сразу вспомнил про Озерцова Олега Никитича, замначальника линейного отдела внутренних дел на железной дороге. Мы его между собой так и называем – ООН.

– А я бы послушала, что все-таки произошло в морге, но не хочу портить тебе аппетит, да и себе тоже.

Мы сели ужинать.

– Очень вкусно, – польстил мне Кирьянов. Я заметила, что он скользнул глазами по мятому листку бумаги. – И все-таки, Таня, я никак не пойму, как в эту схему вписывается пропавший мертвец?

– Никак.

– Умеешь ты заинтриговать, – заметил он.

– А ты – не умеешь, а все равно интригуешь.

– По-моему, мы с тобой сейчас похожи на слепого с глухим, которые никак договориться друг с другом не могут.

– Ты рассказывай первым, – предложила я, – а я сварю кофе.

– Что тут рассказывать, – Володька отодвинул на середину стола пустую тарелку. – В прокуратуру обратился ювелир Нежинский. Его супруге, пожилой женщине с кучей болячек, неожиданно стало плохо, она упала и прокатилась по лестнице их загородного дома.

– Значит, его женушка упала с лестницы и скончалась?

– Не совсем так. Бабка еще дышала, когда дедка нашел ее лежащей на полу. Он вызвал «Скорую», но, пока та была в пути, ювелирша преставилась. Женщину привезли в морг второй городской больницы. И вот тут начинается самое интересное. Главный патологоанатом Грындин пригласил ювелира к себе для приватного разговора.