Горничная для тирана

Так увлечены, что не замечают меня.

– Савелий, ты забыл, где твое рабочее место? – стараюсь контролировать голос.

Отлетают друг от друга. Платье Дарины, как и светлые штаны парня, в красных пятнах. Девочка растеряна, в глазах испуг.

И чего же ты так испугалась?

Сканирую обоих. Савелий непроницаем, но глаза выдают. Слишком живые они у него, не может держать покерфейс. В его глазах тоже страх.

Страшно тебе, сучоныш? Тоже есть чего бояться? Прохожу в беседку, Савелий – навстречу, пытается выйти, но я не пропускаю.

– Что случилось с Дариной? – спрашиваю, заглядывая парню в глаза.

Ах ты, падаль.

Боишься меня и ненавидишь?

За что, интересно?

За то, что девочку у тебя отобрал?

Так это закон леса. Выживают только волки, а падальщики дохнут. Но я отвожу взгляд, чтобы Савелий не считывал меня.

– Ничего, с ней все хорошо, – пожимает плечами.

– Тогда придумай мне до завтрашнего утра очень убедительную причину, почему ты с ней рядом и смеешь ее касаться!

Парень кивает и быстро уходит, когда я отступаю.

Разворачиваюсь к Дарине, а она пятится назад.

Ну что же ты такая напуганная?

И эти пятна от напитка на ее белом сарафане такие символичные.

Запачкал тебя этот шакалёнок?

Или еще не успел?

Не думаю, что девочка могла за моей спиной что-то замутить с Савелием. Но нутро все равно начинает гореть. Моя она, меня коробит только от мысли о том, что кто-то еще пускает на куколку слюни, а она позволяет.

– Привет, – пищит девочка и сжимается под моим взглядом.

Ощущаю ее сладкий запах, но с примесью дешёвого резкого дезодоранта Савелия.

– Тебе срочно нужно переодеться, – беру ее за руку - пальчики холодные, подрагивают. Но мне не хочется ее пожалеть. Если нет вины, то и бояться нечего. – Пойдём, я помогу, – мой голос дает сбой, выдавая раздражение.

Дарина послушно идет за мной, не сопротивляясь, только пальчики по-прежнему подрагивают.

Дышу глубже, поднимаясь с ней на второй этаж, дохожу до спален, открываю дверь, пропуская Дарину внутрь. Девочка пытается нащупать выключатель.

– Нет, зажги только светильник над кроватью, – велю я. В голосе только приказ, ничего не могу с собой поделать.

Что, бл*ть, не так?

Чего тебе не хватает?

Я как никогда мягок и аккуратен с тобой.

На молокососа потянуло?

Мне казалось, ты другая...