Добрый доктор Айбандит

Я пыталась внушить сыну, что некоторая доля конформизма еще никому не вредила, но Егор находится в таком возрасте, когда мир видится либо в белом, либо в черном свете.

К чему столь пространные речи? Максим, я умираю и хорошо знаю, что не доживу до Нового года. Так уж случилось, что у меня нет родственников, ты же знаешь, я воспитывалась в местном детдоме. Интернат совсем не плохой, и там до сих пор еще работают люди, которые вырастили меня. Но мне совсем не хочется, чтобы Гоша очутился в приюте. Ему там будет очень тяжело, он не сможет хорошо окончить школу, поступить в Московский университет, о котором мечтает, раскрыть свой творческий потенциал.

Поверь, Егор особенный мальчик, и это не только мнение матери. Поговори с педагогом Сергеем Петровичем Когтевым. Он преподает в школе математику и считает, что у Гоши большое будущее.

Понимаю, Максим, ты сейчас обескуражен: невесть откуда свалился сын, о котором ты никогда не слышал. Ты бы о нем и не узнал, я не собиралась сажать тебе на шею ребенка и клянчить деньги.

Если б не болезнь, жили бы мы с Егором вполне счастливо. Но не получилось.

Учитывая вышесказанное, я хочу сделать тебе предложение. Проведи анализ ДНК, убедись, что Егор действительно твой ребенок, и возьми над ним опекунство. От тебя не потребуется заботиться о мальчике, он способен жить самостоятельно в Дамбове, мы с ним разработали план. Гоша знает, как надо действовать. Нужен лишь попечитель, иначе его засунут в интернат. Тратить деньги на Егора не придется, он будет хорошо обеспечен.

В сущности, ты ничем не рискуешь. Я не прошу усыновить парня, он не сможет претендовать ни на твою жилплощадь, ни на деньги, ни вообще ни на что, принадлежащее тебе, что подтвердит любой юрист. В качестве благодарности прими от меня кольцо, оно очень дорогое. Прошу, не откажи в просьбе.

Если ты читаешь это письмо, значит, я умерла. Егор привезет тебе его и свои документы. В метрике в графе «отец» у него стоит Николай Сергеевич Ходоков. Такого человека в реальности не существует, в свое время я заплатила сотруднице загса, и она вписала в документ придуманные мною имя, отчество и фамилию.

Егор думает, что отец скончался до его появления на свет. Тебя я представила как мужа моей давно умершей сестры. Может, это и глупо, но я не хотела наносить мальчику травму в случае твоего отказа от опекунства. Согласись, если с ребенком не хочет связываться дядя, это одно, а если папа, то совсем другое.

Егор доставит тебе мое послание в запечатанном виде.