До тебя

Она заправила прядь своих длинных волнистых волос за ухо и, посмотрев на меня с нескрываемым отвращением, театрально махнула в воздухе рукой, изображая поклон:

– Умоляю, скажите скорее, какую же мерзость вы заставили бы меня сделать?

Моя кровь вскипела оттого, насколько иначе она теперь держалась.

Она и раньше мне дерзила. И перед отъездом во Францию рисковала не раз.

Но при этом она каждый раз нервничала и готова была расплакаться. Теперь же она казалась абсолютно расслабленной и вела себя так, словно для нее все это пустая трата времени.

Хорошо.

Будет весело, когда я подниму ставки в этой игре. Заодно отвлекусь.

Подойдя к ней вплотную, я ощутил жар и знакомую приятную боль в штанах.

Черт. Гребаный стояк прямо сейчас?

Член пульсировал, но я пытался не обращать на него внимания.

Да, меня влекло к ней. Ну и что? Меня влекло практически ко всему, что носит юбки. Или пижамные шорты с черными толстовками и кедами.

Мои эмоции зашкаливали рядом с Тэйт, но я знал, что трахнуть ее не могу.

Но ведь это не значило, что я не могу наслаждаться видом.

– Сними это. – Я взялся за край ее коротенькой черной толстовки, – и станцуй стриптиз у меня на коленях.

Ее глаза округлились.

– Что?

Я уловил более нервные и уже не такие уверенные нотки в ее голосе – музыка для моих ушей.

Мой взгляд стал решительнее – я бросал ей вызов.

– Поставлю Remedy – тебе же она все еще нравится? Ты станцуешь для меня, и вечеринка закончена.

Я что, правда, остановлю вечеринку? Нет. Я не уступлю ей ни при каких условиях.

И с удовольствием дам ей это понять. Однако я очень надеялся, что Тэйт не примет мое предложение. Не поймите меня неправильно. Я был не против получить возможность прикоснуться к ее телу, но я бы не смог просто использовать ее и забыть. С Тэйт я ходил по краю; знал, что с ней захочу повторения.

Какое-то время она просто смотрела на меня, и выражение ее прелестного упрямого личика менялось. Сначала на нем отразилась задумчивость – как будто она решила всерьез обдумать мое предложение.

Ее нахмуренные брови разгладились, и она опустила подбородок.

Черт.

Я знал это выражение.