До тебя

Музыка и мощь машины будто разрывали меня на тысячу кусочков, развеивая по ветру. В тот момент я не смог бы ни думать, ни беспокоиться о чем-либо, даже если бы захотел.

Здесь я чувствовал себя живым. «Босс» не боролся со мной. Он принадлежал мне, от и до.

Мы с Роумэном мчались на равных, но приближался первый поворот. Я был чуть-чуть впереди, но он не собирался притормаживать.

Самодовольный сукин сын.

Когда-нибудь я задам ему трепку, которой он заслуживает. Мы не сумеем войти в проклятый поворот вместе, и Роумэн это знал.

И он знал, что мне это известно.

Я вцепился в руль и ударил по тормозам, встраиваясь за ним на внутреннюю часть трека. Сидя у него на хвосте, я тяжело дышал и качал головой, подавив соблазн дать по газам и протаранить его тачку.

Выкрутив руль влево, я прошел первый поворот, поднимая пыль и чувствуя, как сносит заднюю часть машины. Сердце подскочило к самому горлу.

Но Роумэна занесло еще сильнее."

"Переключившись на вторую передачу и втопив в пол педаль газа, я сделал погромче песню I Stand Alone группы Godsmack и рванул вперед.

С каждой секундой кровь все сильнее пульсировала в висках, и мне было все равно, выиграю я или проиграю. Ничто не испортит этот момент, и ничто не сделает его лучше.

В каждом повороте Дерек Роумэн подреза́л меня и вынуждал пристраиваться за ним, или меня заносило больше, чем я того хотел. В любом случае, вперед я не выходил, потому как знал: этот мерзавец предпочтет вытолкнуть меня с трека, нежели провести честную гонку.

Говнюк. Я делал тысячу вдохов в минуту, но не потому, что нервничал, а потому что, мать его, злился.

Он скорее угробит наши машины, чем позволит мне победить.

Снова вдавив газ в пол, я сжал руль, и мы с Роумэном рванули по прямой. Толпа промелькнула сбоку, и внутри у меня все заколотилось, когда мы наконец пересекли финишную черту.

Я выдохнул и, стиснув зубы, затормозил. Я не знал точно, проиграл ли, но и в победе уверен не был.

И в тот момент мне было плевать.

Мне хотелось кому-нибудь врезать, и этим кем-то был Роумэн.

Я выскочил из машины, чувствуя, что руки напряжены, как стальные стержни. Я обошел машину, и он сделал то же самое, так что мы встретились посередине.

– Ты говнюк, – процедил я сквозь зубы.

Ну, давай, ударь меня.

Мы стояли практически нос к носу. Роумэн был почти одного со мной роста, но все же чуть пониже.

– Ты скидывал меня с полосы! – прошипел он.