После развода. Срока давности нет

Потом повернулся к Марине, накрыл щеку ладонью и невесомо провел большим пальцем по губам.

- До завтра, — шепнул едва слышно.

И стремительно вышел.

Большой жесткий мужик, от него как будто остался шлейф силы и отголоски чувств и эмоций. Все такое осязаемое, яркое.

- Даша, я… - Марина неловко провела по лицу ладонью.

Она правда не знала, что на нее нашло, чтобы вот так, при ребенке, кошмар. Но сейчас она была совершенно счастлива. Этот черт… Он как будто вытащил из нее забытую юность, всю свежесть чувств. Целовал ее так жарко, что она готова была расплавиться.

Но как-то объяснить свое поведение надо.

- Я, правда... – начала было она.

- Мам, — Даша улыбнулась и хитро шевельнула бровями. – Давай, мы сейчас будем пить чай с теми пирожными? Ты присядь, а я сейчас заварю, ага?

- Чай? – Марина даже слегка растерялась.

Но вообще, это была гениальная идея, поесть сладкого, не думать ни о чем. Даша рассказывала, что у Оли с Денисом Захаровичем свадьба будет в марте.

Конечно, Марина порадовалась.

А после все-таки собралась с духом и позвонила сестре. Та уже не работала в режиме бабушки двадцать четыре на семь, дочка с зятем вернулись со своих зимних покатушек и забрали детей. У нее дома теперь царили тишина и порядок, а Сима была полна оптимизма.

- Лежу звездой, отсыпаюсь, правда, иногда все равно по привычке подскакиваю в панике.

- Я? — Марина вздохнула.

- Ну, говори уже. Ты что, с ним переспала?

- Иди ты! – взвилась Марина.

- Но к этому идет, да? – Сима была верна себе, резала правду-матку. – И аминь, я благословляю.

- Да погоди ты! Просто сегодня пришел Богдан. Опять говорил гадости.

Сима сочно выругалась.

- И?

- Дима его мордой об стол приложил.

- Ооо! Наконец-то! Наконец-то кто-то дал твоему ушлепку Богдашке в морду. Уважаю! А ты что же?

- А что я?

Как будто на этот вопрос ответить было просто.

Но ведь с самого первого мгновения, как она увидела этого грубоватого, жесткого мужика, их словно зацепило каким-то крючком. Да, он бесил ее, неимоверно раздражал тем, что его мужской интерес читался так явно. Но было что-то подкупающее в том, как он умел защищать и заботиться. И добиваться.