Дикарка Жасмин

— Управитель умер год назад, милостивая принцесса, — ответил кто-то Ясаман.

— А ты кто? — спросила девушка.

— Хасан, повар, милостивая принцесса.

Ясаман заметила полупрозрачную маску, болтающуюся на шее Хасана. Конечно же, он повар. Она поняла бы это раньше, если бы так не разозлилась.

— Поскольку у вас нет старшего управителя, это место немедленно займет управитель из моего дворца. Вот он — Адали. Он всегда говорит от моего имени. Слушайтесь его беспрекословно и быстро. Работа предстоит большая. Вы забыли о своих обязанностях, но я вас в этом не виню, поскольку не было никого, кто бы распоряжался вами.

Здесь дом моего господина, и отныне все в нем должно быть в порядке. — Она улыбнулась им и, повернувшись, пошла прочь. Рохана и Торамалли отправились следом.

Адали оглядел взволнованные лица:

— Я служил еще у матери принцессы и ухаживаю за Ясаман Камой Бегум со дня ее рождения. Подкупить меня нельзя. Что было, то было. Сегодня каждый из вас начинает жить заново — такова воля принцессы, хотя, откровенно говоря, я считаю, что госпожа слишком снисходительна к вам.

Учтите, я суров и не обладаю ее мягкостью. А теперь за работу. До заката покои принцессы должны быть готовы. Повар Хасан!

— Слушаю, господин управитель, — быстро отозвался тот.

— На ужин госпожа пожелала жареной речной рыбы, цыпленка и, может быть, немного тушеного мяса, приправленного карри. По поводу того, что любит и не любит принц, она поговорит с тобой позже. Сама же она предпочитает простую пищу, фрукты и овощи.

— Понятно, господин управитель!

— Ты, с помощником свободен.

А сейчас я опрошу всех остальных. — Адали принялся разбираться с каждым участком хозяйства, пока не остался на террасе один. Тогда с довольной улыбкой евнух поспешил в покои госпожи.

— Сколько ни три, эти комнаты не сделать красивыми, — пожаловалась Ясаман. — Слуги вовсю старались.

— Послать за вашими вещами к вам во дворец? — предложил Адали. — Мебель здесь состарилась и вышла из моды. А через озеро вещи несложно перевезти.

— Стены невыносимы, — сказала принцесса.

 — Узоры в грязи, камни выкрошились. Потребуются месяцы, чтобы их привести в порядок.

— Повесим ковры и гобелены, — успокоил ее Адали. — А когда здесь станет ваша мебель, госпожа, все вокруг сделается привычным. Где сундуки?

— На террасе, там, где два дня назад их оставили наши люди, — нахмурилась Рохана. — И еще, Адали, здесь нет отдельной ванной для госпожи!

— А где, в таком случае, женская ванная?

— В гареме, — ответила служанка.