Диктатура Евы (СИ)

Ева представила, что она на совещании распекает нерадивых сотрудников, она обвела присутствующих тяжелым взглядом, замечая торжество и злорадный блеск во взглядах женщин и одобрение в глазах воинов. Не похоже, что Шатари здесь любили. Скорее, женщины завидовали ее положению, мужчины и сами были не против завести роман с красавицей, но при этом двулично осуждали отношения между герцогом и его любовницей. Знакомая ситуация… У них в офисе тоже работали и жена, и любовница генерального, и Ева наблюдала за точно таким серпентарием в веке двадцать первом.

Ева повернулась к баронессе и, глядя на нее в упор, продолжила твердо и холодно:

— Я считаю, что баронессу следует арестовать и поместить в камеру до тех пор, пока не выяснится, откуда она располагает сведениями о моем муже."

"— Ваша милость, это все ложь! Вы ведь знаете. Я всегда была верна его светлости! Я просто слышала, как об этом болтали в салоне! — пылко воскликнула Шатари, глядя на маркиза огромными испуганными глазами.

Баронесса собралась картинно упасть в обморок, но Ева не дала ей этой возможности. Пока маркиз вставал из-за стола, она быстро плеснула в лицо женщине воду из стакана, а затем с наслаждением залепила хорошую пощечину. От души и с огромным удовольствием.

— Тебе легче? — спросила заботливо и получила в ответ полный ненависти взгляд.

— Да, — процедила баронесса и повернулась к маркизу. — Неужели вы согласны с этими ужасными обвинениями?

Ева тоже смотрела на маркиза, от его слов сейчас зависело очень многое.

Маркиз молчал, напряжение росло, Ева чувствовала, как в груди зарождается и ползет к сердцу отчаяние пополам со злостью. И тут раздался спокойный и сдержанный голос, низкий, приятный, с легкой хрипотцой.

— Милорд, ее светлость права, у меня тоже возникли эти вопросы.

— Что же, капитан Итан, я побеседую с баронессой Шатари, — принял решение Йерк, задумчиво глядя на Еву. — А вы очень изменились, ваша светлость.

— Конечно, — улыбнулась Ева одними губами. — Раньше мне не было нужды показывать свой характер, у меня был муж, который прекрасно справлялся без моей помощи.