Диктатура Евы (СИ)

Ржали лошади, кто-то громко матерился, слышались отрывистые команды Бурхуна, а Ева все еще стояла, крепко сжимая в руке нож, и смотрела на то место, где несколько минут назад полыхал огненный столб. Она отчетливо видела то, что не заметили другие, как ее знакомый таль воздуха направлял и раздувал огонь. Это он привел огневика, это он командовал, это он усилил удар в гору, вызывая камнепад похоронивший отряд наемников. И Вейн здесь ни при чем. Таль разумен и силен. Это пугало.

— Мертвых завалить камнями, — раздался громкий голос Бурхуна.

Ева оглянулась. Рядом разместилась охрана. Напавший на нее наемник со связанными за спиной руками стоял на коленях. Ева заметила, что на правой штанине у него расползается кровавое пятно. Вот куда попал ее нож…

От воспоминаний накатила дурнота и она сглотнула. Дышать, нужно просто медленно и глубоко дышать. На счет. Вдох-выдох. Пока не отступит тошнота и голова перестанет кружиться.

Лю стояла рядом, она подняла лицо к солнцу и улыбалась, безмятежно и довольно, словно вышла на улицу после просмотра какого-то увлекательного кинофильма. В вот Еву начинало потряхивать.

— Помоги снять эту тяжесть, — попросила она. Они вдвоем стащили кольчугу и Ева выдохнула. Как же хорошо! — Много погибших?

— У нас нет, — Сюнь махнула Бурхуну. — Тяжелораненых тоже нет. Таль пришел вовремя.

— Как вы? — Бурхун не стал надевать кольчугу, он остановился напротив хмурой герцогини, внимательно всматриваясь в бледное лицо.

Ева резко мотнула головой и перевела взгляд на коленопреклоненного бородача. Бурхун правильно понял ее намек. Он повернулся к пленному, растерявшему всю былую наглость, и с издевкой в голосе поинтересовался:

— Говорил я тебе, уходи от Шалого, иначе сдохнешь без денег и славы. Но дураки не слушают умных советов. Кто вас нанял?

— С ним Шалый говорил, — сипло ответил пленный, кривя губы. — Благородный. Акцент иорхов. Велел пристрелить вашего пленного издали, да командиру захотелось деньжат подзаработать.

— Это все что ты можешь сообщить?

— Знал бы больше, не молчал бы. Так что насчет мировой?

— В моем отряде не место отребью, — коротко бросил Бурхун и повернулся к Еве.