Диагноз: Срочно замуж

Все гости с бокалами в руках молча сидели и улыбались. Пока он продолжал говорить, никто даже чихнуть не смел.

Тут, как назло, снова завибрировал ее телефон. Вибро – вроде как режим беззвучный, но не в тесной кожаной сумочке, где поганец звонко стучал о стенки. Держа бокал в правой руке, левой Лера отчаянно пыталась открыть сумку и выудить телефон. Получилось лишь с пятой попытки.

– Чем старше вино, тем богаче его букет и изысканней вкус. Вот и наша фирма, как хорошее вино… – продолжал вещать Араз Араикович.

К счастью, он слишком увлекся тостом и Лериных ухищрений не замечал.

Прежде чем нажать на сброс, Лера все же глянула на экран телефона. О своих действиях пожалела сразу. Мысли о предстоящем разговоре с шефом тут же вылетели из головы. Сохранять улыбку на лице стало невыразимо сложно. На экране тем временем продолжала плясать надпись: «Здоровяк». Лера с силой сжала трубку и сунула под стол, убеждая себя в том, что этот звонок ей лишь привиделся.

Араз Араикович подошел к юмористической части тоста.

Юмористом он был таким же, как художник от слова худо, но все смеялись. Шеф все-таки. Лера же смогла из себя выдавить лишь нервный смешок, какой издала бы, например, в такси, если бы в конце поездки обнаружила, что забыла кошелек дома.

Настырный телефон снова задвигался в ее руке. Девушка собралась было его отключить, но в глаза бросилось сообщение:

«Лерочка, почему трубку не берешь? Обиделась?»

«Нет, конечно! Это ж так приятно, когда бросают без объяснений…» – мысленно возмутилась она.

Ее аж затрясло от злости.

Он просто исчез из ее жизни. Растворился, как и не было. Много недель от него ни слуху ни духу, кроме того мерзкого звонка, когда признался, что находится в Геленджике. После этого Лера была уверена, что больше о нем не услышит. И вот тебе пожалуйста, не обиделась ли она случайно. Ни дать ни взять капитан Очевидность. Как только догадался?

Лера не понимала, почему Здоровяк так себя повел. Как вообще можно так поступить после великого множества сладких свиданий, что у них были.

Хотя, возможно, сладко было только ей. Ведь будь и ему сладко, он так просто ее не оставил бы. Может быть, она ему надоела. Выяснять наверняка Лера не будет. Ей и без этого знания слишком больно и неприятно.

Однако в смелости ему не откажешь. Звонит как ни в чем не бывало.

«Неужели рассчитывает, что я снова к нему прибегу?»

Тут Лере стало по-настоящему гадко. Гадко от того, сколь наивным было ее сердце.