Диагноз: Срочно замуж

Демьян и Борис Миранович, по комплекции почти такой же крупный, как и сам Громов.

– Кто вы? – спросил Клячкин, широко раскрыв свои крысиные глазенки.

– Залезай внутрь, сейчас расскажем! – зычным басом заверил его Демьян.

– Ага, – подтвердил Борис.

У того голос вообще как медвежий рык.

Клячкин застыл на месте с ключами в руках. Тогда Борис обнял его за плечи как старого друга, показывая, что под курткой держит направленный ему в живот старый добрый Макаров. Хищное черное дуло нагло вытаращилось на мужчину, заставив громко сглотнуть, заодно лишиться дара речи и резко сделаться послушным.

Как только вся троица исчезла в кузове, от соседнего забора отделились еще две тени, на этот раз щуплые и невысокие. Не сговариваясь, подобрали оброненные Клячкиным ключи, забрались в кабину грузовика и завели мотор.

– Вы не из Almighty? – пропищал Клячкин, когда Демьян включил фонарь.

– Не совсем, – поспешил тот лишить Крыса последних крошек надежды. – Тебя связать или усыпить?

С этими словами достал из-за пазухи шприц и скотч.

– Еще на него снотворное тратить! – раздался за спиной Клячкина бас Мирановича.

Один хорошо рассчитанный удар ребром ладони в затылок, и Крыс упал, словно куль с мукой. Демьян едва успел придержать его голову, чтобы не расшиблась об пол.

– Борян, ну ты как обычно… – цокнул он языком.

Этой же ночью:

Понедельник, 15 января 2018

01:30

– Кто-то умер? – пробурчал мужчина, почесывая почти седую, коротко стриженную шевелюру.

Нехотя открыл дверь, запустил Демьяна в прихожую.

– Да как вам сказать, Валерий Валерьевич… Уж точно не ожил!

Мужчина потряс головой, запахнул черный махровый халат поплотнее.

– Ну ты нахал, Громов! А если б я был занят не сном, а кое-чем поинтересней?

– Валерий Валерьевич… – пожал тот плечами. – Сейчас не до «если бы»!

– Да понятно, явился бы ты среди ночи просто так… Пошли в кабинет, расскажешь, с чем пожаловал.

Далеко идти было не нужно.

– Будешь? – спросил полковник Демьяна, кивая на коньяк за прозрачной дверью старого советского шкафа.

– Не до того, – пробасил Громов, присаживаясь.

Потом без предисловий принялся излагать суть дела.

– Я сейчас очень надеюсь, что ты все-таки шутишь! – выслушав рассказ, ответил Поляков.