Помощница для миллиардера

— …обвиняется в жестоком обращении с бывшей девушкой, а также в нанесении ей тяжелых увечий, — тем временем вещает диктор, а на экране мелькают кадры того, как полицейская машина останавливается у участка и Артема выводят из нее под конвоем. — Сотникова Лина сейчас находится в третьей городской больнице. Ее состояние стабильное. Сотрудников нашего канала пустили к девушке для короткого интервью.

Я внимательно слушаю каждое слово. Больничная палата самая обычная. Лина — а это, несомненно, та девушка, о которой соврал Артем, сказав, что это сотрудница из отдела кадров, — лежит на больничной койке с гематомой на лице, пластырем на переносице, с красными от слез глазами, распухшими губами и перемотанным пальцем на правой руке.

Выглядит так, что даже я прониклась к ней жалостью.

— У Полянского и раньше случались неконтролируемые вспышки гнева, но до насилия никогда не доходило, — жалобно произносит она в камеру. — А несколько дней назад он прямо-таки взбесился. Я заявила ему, что больше не могу делить его с другой женщиной.

Не могу оставаться в тени. Поставила ультиматум, как любая уважающая себя женщина: либо я, либо она. Артема это взбесило, он не хотел меня отпускать. Но в офисе при свидетелях он не решился ничего мне сделать. Вернулся ко мне ночью и… — На ее глазах появляются слезы, она говорит настолько убедительно, что даже мне становится ее жаль. И даже я верю в сказанное.

А ведь я и в самом деле видела ее в офисе в тот день. Правда, выглядела она совершенно не как оскорбленная женщина, скорее как та, кто спит с чужим мужем, а потом открыто смотрит в глаза жене.

И, подходя к кабинету Артема, никакого скандала я не слышала. Но кто-то же ее побил…

— Простите, я не могу об этом говорить. — Она зажимает ладонью рот и громко всхлипывает. На этом ""минута славы"" Сотниковой завершается.

Если дело предали огласке и разожгли настоящий конфликт, то решить все мирным путем будет сложно. К тому же, судя по выражениям Лины, мирное решение ей и не нужно.

Здесь скорее пахнет обиженной недооцененной женщиной, которая решила отомстить бывшему.

Кажется, правило бумеранга все же действует. Правда, запоздало. Прилети он в Полянского лет шесть назад, я бы радовалась, а сейчас все, что ощущаю, — это горечь. Ведь этот вечер мы могли провести совершенно по-другому, а не в нервном ожидании хоть каких-то новостей.

Ночью мне не спится, телефон постоянно держу рядом с собой. Но все бесполезно.