Девственница

Поэтому поехала… долго рассказывать. Короче, клиника бывшей любовницы отца. Теперь она любовница Валиева.

— Дела… Глаза подружки все больше округляются от моих откровений, о которых я уже жалею.

Почему мне так больно рассказывать все это? Я что, ревную Валиева к Веронике Астафьевой? Это же безумие! У меня нет ни малейшего права его ревновать. Я вытравила из души детскую влюбленность. Ядовитое чувство вины выжгло эту любовь, оставив сначала гниющую болезненную рану, что мучила долго… А потом уродливый рубец, к которому я даже прикасаться изредка себе запретила.

— Вик, пожалуйста, не будем сейчас про… Не будем, в общем, о прошлом.

Не могу вслух фамилию Тагира произнести. Тем более назвать по имени. Сразу спазм в горле и слезы…

— Ладно, прости. Понимаю. Не будем. Так что, ты правда хочешь решиться на такое безумие?

— Мне бы очень помогло знакомство с другом твоего мужа… Если он идет без пары.

— Вроде бы он развелся недавно.

— Он…, - запинаюсь, не зная как сформулировать свой вопрос. — Он нормальный? В смысле, не опасный?"

"— Ты спрашиваешь, не захочет ли он от тебя интимной платы за помощь? — помогает мне озвучить мысль Вика.

— Понимаю, глупый вопрос. Но ты сама видела сегодня Антипова. Это было омерзительно, и очень не хочется переживать такое.

— Вилен, не все такие больные уроды как наш придурочный одноклассник. Хотя скажу честно, я в шоке была, когда вас увидела. Как же мне хотелось рожу ему перцем из баллончика залить! Нет, ну подумать только! С первого класса же учились, а тут…

— Давай не будем о нем. Расскажи, что знаешь про антиквара.

— Да не так я много о нем знаю. Вроде приличный мужик, лет тридцать, разведен, с Толиком моим давно дружит. Правда семьями не общались никогда, так, изредка в ресторан мой он приходил.

— Боюсь эта информация мне не очень поможет. Он не бандит хотя бы?

— Нет, не бандит… хотя меня сложно назвать экспертом по криминальной обстановке нашего города. Он занимается антиквариатом, у него очень дорогой магазин на главной улице.