Девочка олигарха

Так что, получается Огнев мне услугу вчера оказал, не став слушать? Может я еще и поблагодарить его должна?

Потом еще и «маленькую смерть» подарил…

Чувствую, как начинают гореть щеки от воспоминаний…

А еще он обещал мне разговор с мамой. Когда вспоминаю об этом, уже ни о чем другом не могу думать.

— Доброе утро, — в комнату, постучав, заглядывает Катерина. — Влад Георгиевич ждет вас в столовой на завтрак.

Первым возникает желание сказать что я не голодна. Но снова напоминаю себе о маме. Что она бедная думает обо мне? Наверняка места себе не находит.

Адвоката теребит. Влад, кстати, странно отреагировал на мои слова про Юрия Дмитриевича. Словно Волконский… мне так неприятно даже мысленно предполагать такое… но ощущение будто мой адвокат… работает на Огнева! Ужасная, чудовищная мысль от которой мир становится еще более зыбким и непредсказуемым!

Огнев сидит за длинным столом в просторной светлой столовой, куда Катерина привела меня. Служанка ждала, когда я умоюсь и приведу себя в порядок, при этом ничем не выдавала своего нетерпения, не просила поторопиться.

У меня мелькнула мысль послать подальше Катерину, и через нее, мысленно, Огнева. Я не кукла, чтобы мне приказывали, когда спать, когда есть. Но заставила себя сдержаться. Глупо вести себя как истеричка. Заманчиво, но глупо.

— Доброе утро, — произношу холодно, переступив порог столовой.

— Доброе, — кивает Огнев. — Как спалось?

Получше чем в камере. Это первое что приходит на ум, но я подавляю желание так ответить. Провокацией я вряд ли добьюсь чего-то.

Как и постоянным напоминанием своему тюремщику, как ненавижу его.

— Спасибо, нормально. Приятного аппетита.

— Приятного аппетита Влад. Ты можешь называть меня по имени, Станислава.

Киваю, сглатывая ком в горле. Мне совсем не хочется называть его так. Это слишком… близко. А я не хочу близости с этим мужчиной. Ни в каком виде.

Проблема в том, что он меня не спросит.

— Садись, поешь.

Выполняю его приказ. Катерина тут же ставит передо мной тарелку, кладет приборы, начинает расспрашивать что я хочу.

Останавливаюсь на геркулесовой каше и домашнем йогурте с кусочками свежих фруктов. Но сначала выпиваю стакан воды. Наливаю еще один, опустошаю наполовину. Привычка, всегда так начинаю утро.

Почему Огнев решил устроить эту совместную трапезу? Мы как пародия на семью.

Но конечно, я не стану спрашивать его об этом.

— Тебе нужно более калорийно питаться, — бросает словно невзначай Огнев.

— Зачем? — удивленно вскидываю на него глаза.

— Слишком худая.