Девочка из прошлого

Сашулька кивает, присоединяясь. А потом вскакивает на кровати и начинает прыгать, как маленькая девочка.

— Я так рада. Ужасно рада! Вот так вот, — разводит широко руки. — Давид, я ж сначала испугалась. А оказывается…

Подхожу к ней, она прыгает на руки, только успеваю поймать.

— Давай чай выпьем, а? Я сейчас совсем спать не смогу."

"Ночное чаепитие перерастает в очень ранний завтрак. Моё суето начинает скакать по всей кухне, доставая миски. Правильно — раз не спим, самое время печь пироги. Спрашиваю, чем помочь, но меня, чмокнув в нос, отправляют на диван.

Будят негромкие голоса. Разминаю шею, доставая телефон. Сколько, сколько? Почти двенадцать?! Охренеть! Уже не помню, чтобы так долго спал.

Саша сидит с Егором на кухне и рассматривает фотографии. Растираю лицо руками и подхожу к ним.

— Доброе утро, соня. — Моя девочка улыбается и виснет на шее. Я только счастлив. Можно подольше?

— Егор, красавчик! — Пожимаем руки, а потом, плюнув на условности, крепко обнимаем друг друга.

Протягивает смартфон со снимком маленького сморщенного личика. Кожа красного цвета, а глаза мутноватые. Егор с гордостью смотрит на свою дочь, глаза блестят.

— На руки брал?

— Брал. Прикинь, она на ладони у меня умещается. Маленькая такая. Пяточка с мой ноготь. Вот реально, с этот ноготь.

Показывает палец, а потом зажимает переносицу пальцами.

— Как увидел, пропал.

Голос у друга сипит от переизбытка адреналина. Саша понимает, что мужские слабости не для всех глаз и тихонько выходит.

Снов объятия, поздравления. Пацаны успели заехать и купить связку шаров. Вручают обалдевшему молодому отцу, но Дашка с Машкой сразу отбирают и несутся в дом делить. Саша хлопочет на кухне, накрывая на стол.

— Инна где?

— Не смогла. Сказала, важная встреча.

Артур отводит глаза. Ревнует и бесится, что Ксюша родила, а она еще никак не забеременела? Походу, так и есть.

— Владу кто звонил, он где?

— Я звонила. Он в магазине был, скоро должен подъехать. Только он сказал, сначала… ну к бабушке зайдет… ладно?

***

Саш лежит на кровати и стонет:

— Совсем ног не чувствую.

Еще бы. Я не представляю, откуда у нее столько сил: с четырех часов колдовать на кухне, потом бегать с мелкими, еще успевая готовить обед и ужин. Мясом, конечно, занимались мужчины. Но остальное все досталось моей хрупкой девочке.