Девочка из прошлого

Вместе с этим анализом будут известны также некоторые результаты сданных ранее.

— Мы подождем. — Это не обсуждается. Саша смотрит, как затравленный зверек. Встаю и прижимаю ее к своему боку. Прошу немного потерпеть. А вдруг?

— Тогда проходите с медсестрой.

Малышка всё время молчит, за персоналом выходит, опустив голову. Хочу следовать за ней, но врач просит задержаться.

— Вы хотели что-то еще уточнить? — Мысленно я в соседнем кабинете со своей девочкой. Уверен, что она отводит глаза и кусает губы.

— У Вашей… э-м… у Александры очень низкая масса тела.

Пожимаю плечами. Она чересчур худенькая, а в последние дни и вовсе осунулась, это заметно по болтающимся джинсам. И как бы не заставлял, не могу заставить нормально питаться.

— В районе пятидесяти?

— Почти. Сорок три. Этого слишком мало для ее роста и возраста. Полагаю, что беременность отсутствует, а слабость обусловлена как раз дефицитом веса."

"— Я понял Вас. — Встаю, иду к выходу. — Подождем результатов и…

Не договаривая, закрываю дверь.

— Мы всё?

На меня с надеждой смотрят зеленые глаза принцессы. Сегодня на ней джемпер цвета весенней листвы, отчего оттенок глаз становится совершенно невероятным. Залипаю, глядя на ее бледное личико. Выглядит усталой и грустной.

А мне так хочется, чтобы открыто улыбалась, и на щеках играл румянец.

— Милая, нам подождем, что покажет кровь. Пока сходим позавтракать. Здесь недалеко есть хорошее кафе.

— Я не хочу есть. Можно я просто посижу? Пожалуйста.

Беру за талию и в тишине коридора веду за собой. Разговор предстоит серьезный, но начинать его в этих стенах не хочу.

— Прогуляемся пешком? Дойдешь?

— Да. Да, я же не больная. Это просто нервы, у меня так иногда бывает.

— И часто такое «иногда», Саш? За одни сутки два обморока, тошнота… тебе самой не кажется, что-то не так?

Ловлю себя на том, что повышаю голос. Но меня тоже можно понять! Я за эти дни столько раз бился одно и разбивался внутри, что сам не знаю, на каких ресурсах еще держусь.

Морщится и моргает часто. Опять слезы. Тоже от слабости и недомоганий?

— Подними на меня голову, — прошу. — Я переживаю за тебя. Плохо тебе — плохо и мне. Больно тебе, и внутри меня тоже разрывает от боли. Это называется, наверное, чувствовать своего человека. И я всё готов отдать, чтобы ты была счастлива и здорова. Понимаешь меня?

— Понимаю, но…

— Подожди, — перебиваю.