Девичник. Объект желаний

Все-таки мне нужно больше контролировать себя после шампанского.

Оказавшись на просторной кровати, я сладко потянулась. Потом села заплетать волосы в косу. Нилов с восхищением наблюдал за мной.

— Есть ли в мире еще более привлекательная картина? — неподдельно искренне произнес он, не сводя с меня глаз.

— Утром, когда ты проснешься, меня здесь не будет, — оставив без внимания его искрящиеся взгляды, я легла рядом. Потом повернулась и поцеловала его. В этом поцелуе была вся моя благодарность за такой чудесный вечер.

— Почему тебя не будет? — он растерянно смотрел на меня.

— Потому что я хочу сохранить в наших отношениях немного романтики.

— А я мечтаю проснуться и увидеть, что ты рядом спишь, подложив ладошки под щеку, как мы все часто делали в детстве.

— Я тебя разочарую: с детства привыкла спать на спине, заложив руки под голову. И еще — я думаю, нам не стоит встречаться каждый день.

— Ты боишься, что мы быстро друг другу осточертеем?

— Нет, — я обняла Артема, чтобы он не видел моего лица, когда я буду произносить эти слова.

"Повисла пауза. Она была недолгой, но я кожей почувствовала, что что-то сделала не так. Желая показать свою независимость, высказывая свое отношение к происходящему, я явно ошиблась. Голос Нилова прозвучал все так же сексуально:

— Мы же договариваемся быть идеальной парой, а не сиамскими близнецами. Значит, твое предложение принимается. Может быть, пройдет немного времени, и ты внесешь новое?

— Может быть.

— Тогда все в порядке. Лада, обнимемся и давай спать, — прошептал Артем, целуя меня в щеку. Я улыбнулась. Мне было так уютно с ним, как будто мы знали друг друга вечность. И зачем я сказала, что нам не стоит встречаться каждый день? Дура набитая. Одним словом — блондинка.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — Артем никак не мог удобно устроиться. Потом вдруг поднял голову с подушки и спросил: — Слушай, а как тебя мама называла в детстве?

— Лада.

— А если ласково?

— Лада, — я не стала говорить о том, что у меня с мамой в детстве были непростые отношения, в которых не оставалось места для нежностей.

— Вот и хорошо. Оставим от Ладуси просто Дусю. Ты не возражаешь, если я буду так тебя называть?

— Мне нравится. — Я притянула к себе лицо Артема и чмокнула его в кончик носа. Даже в темноте я увидела, как он широко улыбнулся.

— Тогда спокойной ночи, Дуся.