Пятьдесят оттенков серого

— Пойми, для меня все было иначе, — спокойно говорит он. — В наших отношениях не было насилия.

— Не понимаю. — Приходит мой черед удивляться.

— Анастейша, твоя мать сейчас вернется. Вряд ли стоит обсуждать эту тему при ней. Возможно, потом. Если хочешь, чтобы я ушел, я уйду, мой самолет ждет на Хилтон-Хед.

Он разозлился… о, нет!

— Не уходи, пожалуйста! Я так счастлива, что ты прилетел. Пойми, я злюсь, что ты ужинаешь с ней, когда меня нет рядом. Вспомни, как ты выходишь из себя, когда на горизонте появляется Хосе! А ведь он всего лишь друг, и мы никогда не были любовниками, тогда как вы с ней… — Я умолкаю, не желая развивать эту мысль дальше.

— Ты ревнуешь? — Он изумленно смотрит на меня, глаза теплеют.

— Да, и ненавижу ее за то, что она с тобой сделала.

— Анастейша, она помогла мне, больше я ничего не скажу. А что касается ревности, встань на мое место. Последние семь лет я никому не позволял обсуждать свои поступки. Никому на свете. Я привык поступать так, как считаю нужным.

Деловой партнер? Это что-то новенькое.

Кристиан наблюдает, какое впечатление произвели на меня его слова.

— Да, деловой партнер. Наши близкие отношения в прошлом."

"— Почему вы расстались?

Кристиан поджимает губы, глаза сверкают.

— Ее муж узнал.

Вот черт!

— Давай обсудим это в другое время, в более подходящем месте, — раздраженно бросает он.

— Вряд ли тебе удастся убедить меня, что она не склонна к педофилии.

— Я не считаю и никогда не считал ее извращенкой. И хватит об этом! — рявкает Кристиан.

— Ты любил ее?

— Соскучились?

Приход мамы застает нас врасплох.

Мы оба вымученно улыбаемся, и я резко откидываюсь на спинку кресла. Я чувствую себя виноватой.

Мама пристально смотрит на меня.

— Да, мам.

Кристиан молча потягивает коктейль, не сводя с меня глаз. Выражение лица тревожное.

— Что ж, дамы, мне пора. Приятного вечера.

Нет… нет… ты не оставишь меня в подвешенном состоянии!

— Пожалуйста, запишите напитки на мой счет, номер шестьсот двенадцать. Я позвоню утром, Анастейша. До завтра, Карла.

— Как приятно, когда тебя называют полным именем.

— Прекрасное имя для прекрасной дамы, — тихо говорит Кристиан, пожимая ее протянутую руку, и она расплывается от удовольствия.