Девиантный Король

Он огромен, внушителен и... безжизнен. Никто не входит и не выходит.

Эйден, должно быть, все еще в лагере.

Не то чтобы меня это волновало.

Yellow — Coldplay грохочет с моего телефона, а Ким напевает вместе с солистом, роясь в своем шкафу.

Мы уложили Кириана спать после того, как поиграли с макаронами и сыром. Мать Ким находится в своей студии, ее нельзя беспокоить, когда она гонится за своим следующим шедевром.

Кир, казалось, был вполне доволен только Ким и мной на своих выходных.

— Что ты делаешь?

Я наконец-то сосредотачиваюсь на ней и всех нарядах, которые она бросает на кровать.

— Ронан устраивает вечеринку в эти выходные. Он только что написал мне.

С каких это пор Ронан пишет ей?

— Ты действительно собираешься на вечеринку к Ронану?

— Это выпускной год, Элли. Мы не проживем его дважды. — она улыбается, позируя с шарфом с искусственным плюмажем на шее. — Давай, выбери что-нибудь.

— Пас. Меня не интересуют эти вечеринки.

— Перестань быть Холодным Сердцем и пойдем.

— Нет.

— На днях я собираюсь убедить тебя.

— Никогда, сатана.

Я уже собираюсь переодеться в пижаму, когда мой телефон вибрирует.

Мой пульс чуть не подскакивает, когда я вижу имя Эйдена.

Эйден: Давай встретимся.

Я почти могу представить его властный тон, если бы услышала, как он произнес эти слова. Думаю, это подтверждение, что он вернулся из лагеря.

Эйден: Я скучаю по тебе.

Что-то так сильно сдавливает мою грудь, что становится больно.

Как он может так легко произносить такие слова? Как он может так легко вывести меня из себя?

Эйден: Я знаю, что ты тоже скучаешь по мне.

Высокомерный ублюдок.

И нет, я, черт возьми, не скучаю по нему.

Кто скучает по своему мучителю?

По задире?

По кошмару?

Эйден: Ну так что? Ты встретишься со мной или мне следует импровизировать?

Понятия не имею, что это значит, но для меня это не может быть хорошо.

Эльза: Не смей.

Он не отвечает.

Будь проклят этот псих и будь проклята я за то, что показала, что мне не все равно.

Мой взгляд останавливается на Ким.

— Ким. — я бросаю свой телефон на кровать и подхожу к ней. — Не иди, и я посмотрю с тобой корейскую мыльную оперу.

Она смеется, вытаскивая два платья.

— Мы можем сделать это, когда я вернусь.

Дерьмо.

— Ксандер вернулся из лагеря, — выпаливаю я. — Ты же не хочешь столкнуться с ним на вечеринке, верно?

— Ксандер может пойти к черту. — ее губы дерзко кривятся.