Девчуля для братвы (СИ)

Вольф с трудом выныривает из машины и кидается на мужчину в камуфляже.

Растерзать. Загрызть. Стереть в порошок.

Может быть, это вернет ему отца…

— Безмозглый щенок, — хохочет убийца. — Ну давай, раз такой смелый. Отомсти за папочку!"

"Кажется, он ловит от происходящего кайф. Подначивает, крошит лопающееся от боли сердце мерзкими фразами. Без труда повалив Вольфа рядом с отцом, он минут десять с удовольствием месит его кованными ботинками.

Забьет его насмерть. Затем очередь Ильяса, ради смерти которого это и затевалось.

— Менты! Вот черт! В этот раз слишком быстро, твари! — выплевывает мужчина. — Из-за твоего папаши и тебя, щенок, я не успел прикончить рахматулинского выродка. Увлекся. Может, он уже и не жилец. А даже если и жилец, я все равно его достану. Ладно, бывай. Захочешь отомстить — милости просим. Бык я. Бык папашу твоего завалил.

Словно во сне Вольф видит перед собой бешеные черные глаза в прорези маски и руку с татуировкой — бык на тыльной стороне ладони.

Заляпанный грязью внедорожник мчит прямо через поле, а за ним несется полицейский уазик.

Затем прямо перед собой Вольф видит залитое кровью лицо отца. Глаза смотрят в пустоту. А затем его окончательно окутывает спасительная тьма.

Глава 17

— Вали отсюда, Рахматулин, — процедил Вольф. — И дорогу сюда забудь. Ты же меня знаешь.

Перевожу взгляд с него на незнакомца, которого зовут Ильяс. Воздух между ними наэлектризован до предела.

Я всегда предполагала, что Вольф опасен, и теперь видела это своими глазами. То, каким он был в кабинете Лиханова, было лишь легкой разминкой по сравнению с тем, какими он виделся мне теперь.

В его светло-желтых глазах — мрак. Кажется, он готов живьем загрызть нежданного гостя. Ильяс в ответ издевательски ухмыляется, но ненависти в нем не меньше. А может быть, даже и больше.

Она скрывается, змеится за легкой ухмылкой, небрежными манерами, глумливыми интонациями голоса.

— Конечно, знаю. И давно, — отозвался он. — Разве так встречают старого друга?

— Если он пришел без приглашения, — тяжело взглянул Вольф.

— Когда-то ты говорил, что твой дом — мой дом, — заметил Ильяс. — Даже ключи мне оставил.

— Точно. Только с тех пор я несколько раз менял замки.

— Ну, ты сам знаешь, что это никогда не было для меня проблемой.