Детектив о лучших мужчинах

Их вообще всего два года производили и выпустили около восьмисот штук.

– И что, этот раритет еще ездит? – насмешливо спросила Ася.

– Сейчас уже нет, конечно. Хотя когда-то развивали скорость до 48 километров в час. Они все больше по музеям стоят. Например, в музее Генри Форда в Детройте. Про это я точно читал. А этот какой-то американке принадлежит, вот она его на выставку и отправила. Это же престижно.

– И что? Его и украли? – Ася спрашивала лениво, не из интереса, а ради поддержания разговора. Не обижать же Ромчика.

Он хороший. Добрый, не подлый, на нее смотрит словно теленок. Одновременно ласково и немного печально. И хозяйственный, судя по рассказам, и детей любит. Хороший муж и отец кому-то достанется. Но не ей. Ей нужен другой мужчина. Самый лучший.

– Нет, что ты, украли другой, – говорил меж тем Ромчик, и не подозревающий, что только что проиграл конкурс на звание «самого лучшего мужчины». – Украли одного из «Дикобразов».

– Чего-о-о-о?

– «Дикобраз» – это такой гоночный мотоцикл, – кинулся объяснять воодушевленный ее интересом Ромчик.

 – Их мастера из AJS всего-то четыре экземпляра выпустили. Это фирма такая британская. Дикобразом его прозвали из-за шипов, установленных на ребрах охлаждения. Впервые такой мотоцикл представили на аукционе «Бонхемс», и гонщик Лесли Грэм в 1949 году выиграл на нем первое британское послевоенное первенство по мотогонкам.

Ася все-таки не сдержалась, зевнула.

– И зачем его украли? – уточнила она, чтобы скрыть свою отчаянную скуку. – Кому он нужен?

– Кому могут быть нужны семь миллионов долларов? – Рома даже раскраснелся от эмоций.

 – Да за такой мотоцикл любой коллекционер запросто солидные денежки выложит!"

"На пустынной до этого, немного даже сонной по причине праздничного утра улице вдруг появился автомобиль. Он приближался на довольно приличной, явно превышенной скорости, большой черный «Гелендваген», и Ася, вспомнив, что при исполнении, отстранила надоедливого напарника, шагнула на дорогу, подняла жезл. Она была уверена, что машина проскочит, не подчинится требованию, и была готова передать данные дежурному, но водитель, видимо, не собирался «нарываться», а потому послушно вильнул в сторону обочины и остановился.

Неподалеку намеревалась переходить дорогу в неположенном месте какая-то бедовая бабулька с большой клетчатой сумкой на колесиках.

– Давай, я тут, – предложил Рома, кивнув на намертво затянутые черной пленкой окна «Гелендвагена», через которые было не видно, что происходит внутри.