Дерзкая для короля (СИ)

Галина Пантелеевна возвращается, держа в руках большой поднос. Подходит к столу и ставит поднос на него.

— Ну, вот и ужин. Жаркое с овощами, — сообщает довольным голосом.

Ставит перед нами тарелки, большое блюдо под колпаком.

— Сейчас я все сделаю.

Мне некомфортно от того, что кто-то мне прислуживает. Просто пытка.

— Это с непривычки, — говорит Ярослав, когда экономка уходит, чтобы сделать чай.

— Что?

— Непривычно, что есть слуги. Когда привыкаешь, перестаешь это замечать, принимаешь как должное.

Он снова читает мои мысли.

— Ты ясновидящий, — говорю ему.

— У тебя на лице все написано, — усмехается.

— Кстати, попробуй, очень вкусно.

Беру вилку и начинаю ковырять овощи. Пробую. И правда, очень вкусно. Неудобно есть такую еду, когда рядом нет сестры, с которой можно поделиться.

Но напоминаю себе, что мне нужно быть сильной, чтобы побыстрее выздороветь, а еда, тем более такая качественная, обязательно придаст сил.

— После ужина можем зависнуть в гостиной и посмотреть какой-нибудь фильм, — предлагает Ярослав, пока я расправляюсь с запеченным куском нежирной говядины.

— Хорошо, я не против.

— Договорились.

Галина Пантелеевна приносит чай, но Ярослав останавливает и просит, чтобы она несла его сразу в гостиную.

— Поняла, — кивает та и скрывается в дверях.

Мы тоже встаем и перемещаемся в то самое помещение с мягкими диванами, где сидели днем.

Галина Пантелеевна разливает чай по чашкам и уходит, оставляя нас наедине."

"Мы сидим на одном диване, но в разных его концах. Между нами стоит журнальный столик с чашками чая, блюдцем с дольками лимона и вазочкой с конфетами нескольких видов.

Ярослав в пол-оборота ко мне. Его правая рука лежит на спинке дивана.

— Варь, пей чай.

— Спасибо.

Осторожно беру в руки горячий напиток, делаю маленький глоток.

— Конфеты бери, не стесняйся.

— Спасибо, — благодарю еще раз.

— Ты совсем не похож на своих друзей, — вдруг выпаливаю.

И снова краснею.

— Да?

— Да.

— Почему тебе так кажется?

— Вначале, когда мы познакомились, ты казался мне ужасно неприятным.

— А сейчас?

— Сейчас ты мне помогаешь. Очень сильно, я и ожидать не могла. Меня это…дезориентирует, — подхожу нужное слово.

— После смерти мамы ко мне никто не относился так хорошо, как ты.

— Тяжело было?

— Очень. Я даже думать об этом не могу. Иначе сорвусь.

— А твой отец? Точнее ваш с сестрой. Или…об этом тоже сложно говорить?

— Об этом нет. Не настолько тяжело.