Держитесь, маги, мы пришли!

Планам Авроры по магической передышке суждено было сбыться в полном объеме, хоть и в несколько незапланированном качестве: на скамейках в сквере сидела развесёлая компания из пяти человеческих парней, тихо шипевшая проклятия в адрес магов, закрывших последний игровой притон в городе.

– Сами весело отдыхать не умеют и другим не дают!

– Вот-вот, проблемы с бабами у них, а монахами должны жить все! Такие девочки у Журберка были – прелесть!

«Ах, вы, сволочи! – неудержимо выплеснулась из магини накопленная злость.

Сорвав амулет и спрятав его в кармане полушубка, девушка скинула на плечи платок, распустила золотистые локоны и перетянула талию шалью, подчеркнув все намеки на принадлежность к женскому полу. Сделав грустное личико, магиня мелко засеменила вглубь сквера, всплескивая руками и причитая:

– Ах, заплутала я, глупая! Ох, госпожа заругает! Ой, юноши сидят – помогут мне горемычной!

Аврора изобразила широкую, но глуповатую улыбку, и повторила коронный мамин номер – захлопала длинными ресницами, сложила губки бантиком и развела руками: «Мол, чего взять с неразумной человечки, господа?» Правда, маме таким образом уже давно никого обмануть не удавалось, но тут-то аудитория новая, леди Таис еще не пуганная.

Человеческие юнцы оживились, присвистнули:

– Это сама судьба, не иначе!

«Само собой, судьба, милый, ты даже не сомневайся!» – подтвердила  Рора и вслух произнесла:

– Не подскажете, как пройти к музею современного искусства?

Лица парней вытянулись.

«Ой, что-то я не то сказала... Поздновато для музеев! Черт, куда вечером служанки ходят?! Наши всё дома больше сидят...

Но выбранные для проведения воспитательной работы человечки сами пришли на помощь:

– Красотка, выпей с нами, и мы тебя хоть в музей, хоть в библиотеку доставим!

– Ой, доставьте, хлопцы, «спасибо» скажу!

– А поцелуй на дорожку, девица-красавица! – подскочил к Роре самый ретивый и ухватил за грудь.

– Ай, больно! Руку обжег! Что у тебя там?! – затряс пострадавшей конечностью парень.

– Так пирожки горячие за пазухой несу.

– За пазухой, говоришь? – подтянулся еще один подопытный, – Ай-ай, больно! – и задул на обожженную ладонь.

– Свежие пирожки, мягкие – верно говорю, и щупать нечего!

Трое последних тоже двинулись было к выпечке, но дорожка вдруг обледенела и парни, проскользив навстречу друг другу, скопом повалились, образовав кучу-малу.