Держитесь, маги, мы пришли!

Один кронпринц сохранил полное самообладание.

– И откуда же взялась эта шишка? – насмешливо спросил Рейс.

– С лестницы упала, – огрызнулась на вечного врага Рора.

Все облегченно выдохнули.

– Понятно, – пробормотал Гиол, вылечивая шишку. – Вы тихонько погуляйте по саду, мисс, ладно? Если что – я здесь.

Прогулка по саду длилась минут сорок. Ну-у-у, на самом деле – минут пять, но дети твердо убеждали потом родителей, что сорок, и ни секундой меньше. Зато теперь Аврора с Каяром сидели на подоконнике чердачного оконца, свесив ноги вниз, и сквозь густые ветви раскидистого дерева смотрели вниз с третьего этажа: удастся Каяру подхватить воздушным магическим сачком верткого мелкого жучка или нет.

– Давай, Каяр, еще поближе сожми.

– Эх, наверно, удерет сейчас... – напряженно сопел мальчик, передвигая сачок чуть в сторону.

– Абсолютно точно удерет!  – произнес холодный голос за спинами детей, и заклинание Каяра принудительно развеяла чужая превосходящая магическая сила.

– Ой! – пискнули подростки, оборачиваясь, и чуть не свалились с подоконника, но Рейс Сартор своевременно подхватил их воздушным силком и поставил на пол чердака.

Под внимательным взглядом кронпринца Аврора сообразила, что прогулка по пыльному чердаку не лучшим образом сказалась на ее платьице, но отряхиваться не стала – вот еще, она и в запыленном виде достойная мисс!

– Мисс Аврора Таис, не боитесь, что такую замарашку никто замуж взять не захочет?

Аврора фыркнула:

– Меня Каяр замуж возьмет, мы уже договорились!

Лорд Сартор укоризненно покачал идеальной головой:

– Пожалейте дворец, это древнейшее здание, наполненное уникальными раритетами нашей расы! Вашей парочки он не переживет! Пойдемте, вас ищут давно.

Кронпринц двинулся на выход, дети пошли за ним. За своей спиной Рейс услышал громкий шепот Авроры Таис:

– Вот очень удивительно, как у такой язвы, как кронпринц, народился такой милый и замечательный брат, как ты, Каяр. У него что – мать была из горных троллей?"

"Рейс спускался по лестнице, ведя за собой детей, и чувствовал себя старым. Очень-очень старым, древним, как королевский дворец Тавирии.