Деревенщина в Пекине 3

* * *Немного позже…

— Повторите, пожалуйста, — Хуан обращается к бармену, имея в виду пустой бокал.

Я допиваю остатки своего напитка, мысленно сравнивая с тем, что подают в «Горизонте». Приходится признать, тамошняя выпивка определённо превосходит этот коктейль по качеству. Впрочем, дело вкуса — у каждого мастера за барной стойкой свой неповторимый подход к делу, своя философия смешивания ингредиентов.

— А не хочешь ещё кое-куда заглянуть? — вкрадчиво спрашивает Ши Тин у подруги.

— А есть идеи? — глаза Хуан загораются не совсем трезвым любопытством.

Дамы начинают обмениваться тихими репликами. Женский шёпот прерывается сдержанным смешком, взгляды то и дело скользят в мою сторону.

— Лян Вэй, — Хуан, явно исполняет роль делегата в маленьком заговоре. — Тут совсем недалеко находится одно интересное заведение.

— Какое?

— Поверь, тебе понравится, — в голосе второй паспортистки звучат едва сдерживаемые нотки веселья. — Особенно учитывая сегодняшнюю неудачу с сауной.

— Ты нам сегодня сильно помог, так что справедливость требует исправить ситуацию! — Хуан допивает коктейль.

* * *Поправляя белое хлопковое полотенце, ожидаю полицейских у входа в хаммам. Мысленно отмечаю необычность ситуации — ещё утром я и представить не мог, что вечер закончится в турецкой бане в компании двух паспортисток.

Дверь женской раздевалки открывается, дамы появляются одновременно. Обе закутаны в полотенца, их волосы убраны наверх и зафиксированы зажимами.

— Ну что, вперёд! — Хуан Цзяньру распахивает массивную дверь.

Нас мгновенно окутывает волна влажного, пропитанного эвкалиптовыми эфирами воздуха."

"— Температура здесь не такая убийственная, как в финской сауне, — говорит Ши Тин, когда клубы пара на мгновение затуманивают ей зрение.

Мы проходим в небольшое, роскошно оформленное помещение — как раз подходящее для небольших компаний. Мраморный пол приятно согревает босые ступни. По периметру расположены широкие полки из теплого полированного мрамора, а в центре зала привлекает внимание особый лежак с выгравированным схематическим изображением человеческого тела.

— Мы на эти два, тебе — центральный, — Хуан потягивается.

— Ложись так, — направляет меня Ши Тин, — чтобы тело точно повторяло анатомические выемки. И лучше поправь полотенце, иначе можешь обжечься.

В их глазах я вновь замечаю то, что заставляет насторожиться.

— Почему именно мне и именно туда? — чувствую подвох.