Деревенщина в Пекине 3

— Вы сейчас прямо нарушаете корпоративный кодекс компании.

— Что⁈

Лицо менеджера краснеет от возмущения.

— Вы проецируете ваши личные неприятности и эмоциональные переживания, возникшие сегодня ночью или непосредственно перед несостоявшимся обедом с братом, на нас.

—?!!

— Вы в эмоционально горячем состоянии — видно невооружённым глазом. Причём впали в раж не благодаря нам, а уже пришли сюда таким. Не было бы одиннадцати минут с вашим братом — иным был бы ваш текст, но не громкость. И не эмоциональный тон.

— В своём уме⁈"

"— Встречный риторический вопрос. Когда у человека горе, отчаяние, тревога или паника — он способен на чёткий объективный анализ? Может ли он принимать верные решения? Необязательно управленческие, на любую тему? Или всё-таки истерика на точность мыслей влияет?

Воздух в комнате словно застывает. Все присутствующие замирают. По недоумевающему лицу менеджера видно… много чего видно. Как минимум, он совершенно сбит с толку и не может сообразить, что происходит и как реагировать.

Шагаю вперёд, сокращая дистанцию. Теперь я вижу его глаза — зрачки расширены, на лбу выступили мелкие капельки пота.

Впрочем, здесь душно из-за количества народу.

— Какие ещё личные проблемы? О чём ты вообще? — но его глаза выдают правду — я попал в цель.

— Жена или просто близкая женщина. Зарегистрирован ли брак официально — не моё дело, заранее прошу прощения за вторжение в личное пространство. Сегодня вы получили неприятную информацию об этом человеке либо вследствие разговора с ним, при этом сами планировали союз как серьёзный и относились к нему как к фактическому браку.

Снова наступает пауза, тяжёлая и гнетущая. По менеджера лицу видно, что он изо всех сил старается сформулировать достойный ответ.

— Если я не прав, — не позволяю перебить себя. — Просто скажите это здесь и сейчас, при всех, мне в лицо — и я сам напишу заявление на увольнение.

— Ты выходишь за рамки…

— Извините, что выволок наружу грязное бельё, но вы шумели безосновательно.

Менеджер перестаёт нервно теребить пуговицу, но лицо по-прежнему выдаёт глубокую внутреннюю борьбу.