Деревенщина для Снежного Человека

- В чем проблема? Миллион детских домов, которые нуждаются в помощи, с вашими возможностями можно их все содержать особо не парясь, а уж парочку взять на попечение вообще ничего не стоит.

- Ты не понимаешь. Свое есть свое.

- Я действительно нихрена уже не понимаю, - сказал я этому престарелому интригану.

- Конечно, не стоит предпринимать каких либо действий в отношении Марии, но у меня теперь есть надежда.

- Какая надежда?

- Что я являюсь ее отцом.

- Действительно не понимаю.

- Маловат еще значит. Только давай без обид, пройдет время и ты пойдешь о чем я, если также останешься жить бобылем.

Я допустил ошибку, сказав о потенциальном отцовстве Галомедову, хотел по-человечески что ли поступить, ведь он не посторонний мне человек все же, столько лет проработали бок о бок. Я блять никак не ожидал, что он прогнивший так давно, даже не подозревал об этом. Никак не думал, что правда окажется такой неприглядной. У меня кровь в венах стынет от того, что тогда я поверил ему, а не Варе. А сейчас получается, что уже поздно.

Соросов смотрел в одну точку и как будто был вообще не здесь.

- Какую правду? – спросил я, понимая, что ответ меня не порадует.

- Хм, - Аркадий Романович медлил, подбирая слова – понимаешь Егор, с тех пор прошло больше четверти века. Я тогда был молод и глуп, дерзок и горяч. Я не мог здраво рассуждать, когда увидел ту картину, которая до сих пор застыла перед моими глазами. Моя Варя, которую я безумно любил и никогда ни с кем не хотел делить, которая клялась, что никогда не предаст, лежала под Галомедовым, а он вколачивался в нее со всей дури.

Тогда я просто ушел, зализывать раны и теша свою гордость бросил ее без объяснений. А вот сегодня выяснилось, что Аркашка тогда «пошутил». Сука, «пошутил», а ведь все могло сложится иначе. Короче, - Аркадий Романович встряхнулся, как будто выплывая из воспоминаний, - тогда он ее заставил силой. Она не по своей воле была с ним.

- То есть, есть такая вероятность, что Мария появилась на свет в результате изнасилования?

- Есть.

- Пиздец.

А что еще тут скажешь?

Глава 6 Часть 2

Мария

Фух, вот это меня замучала эта старая бестия. В рот мне ноги, если я когда-нибудь думала о ней, как о божьем одуванчике, Людмила Прокопьевна – истинная фурия. Никогда в жизни не повторю этой ошибки. Сейчас я только вздрагиваю всем телом, если ощущаю приближении этой деятельной особы. Моя старушка была в ударе не только один день, а целую неделю. Неделю!!! Это же тихий ужас.