Дело о давно забытой пощечине

Ну, это обычно — девушки снимают квартиру вдвоем, чтобы…

— Да, я знаю, — кивнул Мейсон, видя, что Барбара уходит в сторону от темы, — это часто практикуется. Продолжайте, пожалуйста, про Дункана."

"— Я и продолжаю. Мей мне заявила, что надо бороться за свое счастье. Я сперва не решалась, и я не знала как. Вы будете думать обо мне плохо, мистер Мейсон, но Мей уговорила меня обратиться к колдунье. Она знает старуху в Калексико, старую индианку, которая по ее словам владеет черной магией… Вот, я же говорила, что вы будете смеяться!

— Ничего подобного, — заверил ее Мейсон, строго взглянув на осклабившегося Дрейка.

 — Я вас внимательно слушаю. И что вы предприняли?

— Я колебалась, а затем махнула рукой, решив, что против ведьмы только такие методы и действенны. Мы с подругой выгадали момент, когда Маделин заехала к нам в контору к Дункану и Мей ее сфотографировала несколько раз. И с этими фотографиями мы отправились в Калексико.

— Негативы этих фотографий сохранились? — заинтересовался Мейсон.

— Не знаю, наверное.

Надо у Мей спросить.

— Хорошо, продолжайте.

— Индианка долго колдовала над фотографиями, выкалывала глаза ее изображению, зачем-то попросила клок моих волос, сделала восковую фигурку Маделин и проколола голову иголкой… Там было полутемно и горели какие-то вонючие палочки… Бр-р, даже вспоминать страшно. А на следующий день Дункана арестовали. А Маделин наслаждается жизнью и уже нашла себе новую жертву!

— Откуда вы это знаете?

— Я же сказала — Мей ее там видела! У Мей страсть к игре, она не столько любит рулетку, сколько… В общем, она весь месяц откладывает, чтобы в выходные съездить в Лас-Вегас.

Вот в прошлое воскресенье она и встретила там Маделин — совершенно случайно. Та была с представительным мужчиной. Они снимали бунгало в одном из мотелей и Мей запомнила ее вымышленное имя — Анна Крански.

— А имя этого господина?

— Да я не знаю! — воскликнула Барбара. — Какое мне до него дело! Я знаю, что Дункан из-за нее берет всю вину на себя, а она уже забыла о нем! Ведьма! Она… Она… Она…

Барбара вновь расплакалась.

У Деллы Стрит тоже слезы наворачивались на глазах, она с сочувствием смотрела на девушку, пораженная ее рассказом.

Пол Дрейк допивал коктейль, стараясь скрыть скептическую ухмылку.

Мейсон встал из-за стола и подал девушке руку, помогая ей подняться.

— Барбара, уже поздно, — сказал он, — мне надо отдыхать. Вы рассказали мне очень важные вещи и у меня к вам осталась на сегодня одна-единственная просьба.