Дело о давно забытой пощечине

 — Вы помните меня?

— Конечно, — не моргнув глазом ответил Мейсон и тут же вспомнил: — Если мне не изменяет память, в пору моей безумной юности вы были компаньоном мистера Краудера-старшего?

— Именно так, — ответил Питер Галлен своим хриплым голосом. — Вполне понятно, что мне не безразлична судьба его сына, хотя наши пути-дороги с Дунканом и разошлись в свое время…

— Можете не сомневаться, — рассмеялся Джим Макманаман, — судьба обвиняемого сейчас в надежных руках. Не зря же мы отложили все дела, чтобы присутствовать на этом процессе.

— Знаете, — встрял Эшли Хоу, — по-моему, среди адвокатов дураки попадаются очень редко. Во всяком случае я не из них, чтобы выбросить на ветер свой доллар.

Адвокаты не спеша двинулись ко входу во Дворец Правосудия.

Опирающийся на толстую трость Галлен следовал последним.

— Польщен, — улыбнулся Мейсон. — Надеюсь, что не разочарую вас."

"— Каждый адвокат должен быть хорошим актером, — заметил Мюррей Хейд, — но вашему искусству просто позавидуешь.

— А что особенного вы обнаружили в уликах? — искренне удивился Мейсон. — Мне приходилось оказываться в гораздо более безнадежных ситуациях.

— И что? — с интересом спросил Мюррей Хейд.

— Если бы я хоть раз проиграл, то вы наверняка узнали бы об этом, — с иронией ответил Мейсон. И добавил: — Из газет.

— Да уж, — рассмеялся Макманаман, — такую сенсацию они не пропустят.

— В общем-то, я не удивлен, — заметил Мейсон. — Вполне в его стиле. И что интересного он поведал журналистам?

— Откуда мне знать, я же не репортер, — пожал плечами Макманаман.

— Мне известно только о факте, и больше ничего. Мейсон, а правду говорят, что своим уникальным успехом вы обязаны Дьяволу, которому продали душу?

— Конечно, правда, — ответил Мейсон, — а почему вас это интересует?

— Может быть, вы по секрету сообщите мне, по старой дружбе, телефончик, по которому можно с ним связаться?

— С кем?

— С Дьяволом, — серьезно ответил Макманаман.

Мейсон весело рассмеялся.

— Спасибо, коллега, вы подняли мне настроение перед началом заседания. Я словно выпил стакан фруктового сока.

— Боюсь, — вмешался Питер Галлен, — что Болдуин Маршалл приложит все силы, что снова вам его испортить.

— Это его работа, — пожал плечами Мейсон.