Дело чести

Сказали, что попозже еще подъедут…

Вот это новости! Сердце мое сжалось от страшного предчувствия — «братовьев» у меня сроду не было, кроме моих боевых братьев, проживающих в двух кварталах от моего дома. А им гостить у меня не было никакого смысла.

— А когда они приезжали? — уточнил я.

— Как когда? — насторожилась тетя Маша. — Ты ж их сам пригласил! Или то не братовья были? Это что же получается…

— Нет-нет, все в порядке, не волнуйтесь, — поспешил я успокоить домохозяйку. — Просто я тут весь в делах — запамятовал…

— Ну, недели через три после того, как ты уехал.

Ключи у них были — ты вроде им оставлял… Деньков пять пожили и укатили, я им свой телефон оставила. Они потом где-то через месяц опять звонили — страшно волновались за тебя… Ты где это так долго запропастился? Я из своих денег за свет и газ заплатила, ты это учти!

— Я скоро буду, рассчитаюсь, — пообещал я. — Я вас вот о чем хотел попросить — вы бы сходили завтра по адресу Комсомольская, 12…

— Это где твой начальник живет? — прервала меня тетя Маша.

 — Хозяин сыскного агентства?

— Вы просто ужас как информированы, мадам, — похвалил я домохозяйку. — Я вот звоню ему, что-то никто трубку не берет…

— Так ты что — ничего не знаешь? — воскликнула тетя Маша. — Ну ты даешь! Куда ж это тебя черти занесли, что ты все на свете проспал?

— Я в отпуске — отдыхаю тут, — буркнул я, чувствуя, как нехорошая догадка начинает приобретать отчетливые формы. — И что там случилось?

— Да у нас вся улица об этом гудела! Дом твоего начальника сгорел, и дом по соседству — тоже… Аккурат перед приездом твоих братовьев.

А начальник твой и все ваши агенты куда-то пропали.

— Как пропали? Что — и трупов не нашли?

— Все сгорело дотла! Ничего не нашли… И знаешь, как-то нехорошо сгорели эти дома — говорят, там сначала какие-то взрывы были. И стрельба была. В общем, дело темное. В новостях сказали: пожар по причине неосторожного обращения хозяев с газом. Но мы-то знаем — газ же не стреляет! Вот так-то…"

"Бородатый силуэт Рустема вдруг расплылся и утратил первоначальные очертания.

Горячий комок подкатил к горлу, рвался наружу, желая оформиться в душераздирающий вопль отчаяния. Господи, за что?! Неужели я такая конченая сволочь, что нет мне пощады? Это же конец… В течение того времени, что я пребывал на положении раба, у меня имелась твердая уверенность в том, что когда-нибудь ловкий полковник с командой вытащат вашего покорного слугу из этой передряги.