Даже если ты уйдешь (СИ)

— Там уже 5 000 просмотров, теть Наташ, — схватилась за голову она. — А если дети увидят? А если воспитательница или кто-то из родителей? — Эсмигюль побледнела. — Мама с папой! Они же тоже могут. Или кто-то им пришлет. О Аллах! Я опозорила их!

Она опустилась на стул и пальцами отвела волосы назад и зависла. Вчера она вообще не придала этому значения, так как была слишком измучена. Теперь же это стало для нее реальной проблемой.

— Я могу потребовать убрать видео? — она с надеждой посмотрела на Соню.

— Думаю, да.

Эсми стало нервно кусать ногти — привычка с детства, которую она думала, что поборола.

— У моей Кимской дядя — адвокат. У него своя фирма. Может, он мне поможет?

Кимская — лучшая подруга Эсми — кореянка Вика Ким. Они дружили со школы и Вика была свидетельницей на свадьбе Эсмигюль. Они еще в школе придумали друг другу прозвища: “Цветочек” и “Кимская”, и по сей день так друг друга называли.

— Позвони.

Но поговорить с подругой Эсмигюль не успела, так как проснулись дети и их надо было собирать в сад. Утро прошло в суматохе и бегах, Руфат хотел попить воды перед выходом и пролил ее на себя, пришлось быстро переодеваться. Ситора расплакалась, потому что мама сильно затянула ей волосы, и тетя Наташа вызвалась все исправить и заплела малышке красивый колосок.

Дальше — еще один марш-бросок до детского сада. Благо, не на автобусе, а на Сониной машине. Передав детей воспитательнице прямо на участке, Эсмигюль вернулась в автомобиль и сев на переднее сиденье, откинулась и шумно выдохнула:

— Всё.

— Ну мать, ты даешь.

— Ага. С утра встаю, пеку, в 8 выходим с детьми, заходим по пути в магазины, отдаем самсу и бежим на остановку. В 8.30 уже в саду.

— По-моему ты себя загнала, — цокнула Софья. — Ты-лошадь, на которой все ездили. Без обид.

— Да какие обиды, Сонь, если это так и есть. Сама дура. Но хотя бы сейчас у меня есть ремесло, и я смогу прокормить детей.

— Ну да, на папашу надежды никакой. Станешь больше готовить? — удивилась Софья.